Iriston.com
www.iriston.com
Цæйут æфсымæртау раттæм нæ къухтæ, абон кæрæдзимæ, Иры лæппутæ!
Iriston.com - история и культура Осетии
Кто не помнит прошлого, у того нет будущего.
Help! Помощь
Виртуальная клавиатура Вирт. клавиатура
Написать Админу Писать админу
 
Разделы

Хроника военных действий в Южной Осетии и аналитические материалы

Публикации по истории Осетии и осетин

Перечень осетинских фамилий, некоторые сведения о них

Перечень населенных пунктов Осетии, краткая информация о них и фамилиях, в них проживавших

Сборник материалов по традициям и обычаям осетин

Наиболее полное на сегодняшний день собрание рецептов осетинской кухни

В данном разделе размещаются книги на разные темы

Коста Хетагуров "Осетинскя лира", по книге, изданной во Владикавказе (Орджоникидзе) в 1974 году.


Перечень дружественных сайтов и сайтов, схожих по тематике.



Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru Индекс цитирования
Статьи Словари Форум Каталог
Здравствуйте, Гость
Регистрация | Вход
Опубл. 06.07.2011 | прочитано 10195 раз |  Комментарии (7)     Автор: Tabol Вернуться на начальную страницу Tabol
Кто есть кто в Нартском эпосе (книга 2)

 

Болатов Казбек Александрович  

Болатов Александр Казбекович 

 

He я их создал, они рождены в  

огне и закалены в воде. Поэтому  

такие сильные. 

Из Нартского эпоса.

 

 

Из книги Н. А. Мезенина «Занимательно о железе» (стр. 38): 

«Одна старинная легенда рассказывает о таком случае. Царь Соломон по окончании строительства иерусалимского храма (X в. до н.э.) задумал прославить лучших строителей и пригласил их во дворец. Даже свой царский трон уступил на время пира лучшему из лучших — тому, кто особенно много сделал для сооружения храма. 

Когда приглашенные явились во дворец, один из них быстро взошел по ступеням золотого трона и сел на него. Его поступок вызвал изумление присутствующих 

— Кто ты и по какому праву занял это место? — грозно спросил разгневанный царь. 

Незнакомец обернулся к каменщику и спросил его: 

— Кто сделал твои инструменты? 

— Кузнец, — ответил тот. 

Сидящий обратился к плотнику, столяру: 

— Кто вам сделал инструменты? 

— Кузнец, — ответили те. 

И все, к кому обращался незнакомец, отвечали: 

— Да, кузнец выковал наши инструменты, которыми был построен храм. 

Тогда незнакомец сказал царю: 

— Я кузнец. Царь, видишь, никто из них не мог бы выполнить свою работу без сделанных мною железных инструментов. Мне по праву принадлежит это место. 

Убежденный доводами кузнеца, царь обратился к присутствующим: 

— Да, кузнец прав, он заслуживает наибольшего почета среди строителей храма». 

Но так было не только в легенде. 

В старину кузнец, он же металлург, при сыродутном процессе получал железо и превращал его в изделие. Людей поражало, что кузнец делал ценные вещи из куска какого-то бурого камня. Поэтому многие народы считали кузнеца «вещим человеком», чуть ли не чародеем. Эта профессия была очень почетной. 

У азиатских народов, например, у бурят, кузнецом мог стать только тот человек, среди предков которого уже были кузнецы. Обыкновенный человек не мог так просто взяться за это священное ремесло. О происхождении этого занятия рассказывает древний бурятский миф. В нем говорится о тяжелых временах, когда человечество, еще не зная железа, влачило жалкое существование. Но вот однажды тенгри, или добрые духи, решили послать на землю бога Божинтая и его девять сыновей, чтобы те научили людей священному ремеслу. Бог вскоре вернулся на небо, а его сыновья женились на дочерях человека, и их первые ученики стали предками всех кузнецов. У бурят кузнецы принадлежали к высшему классу общества, их освобождали от уплаты налогов и считали как бы сродни богам. У монголов дархаты — это кузнецы в звании, соответствующем рыцарскому. 

С помощью могучих помощников циклопов Гефест ковал молнии для громовержца Зевса, воздвиг на Олимпе дворец для богов, изготовил для Зевса щит-эгиду, колесницу для солнечного бога Гелиоса, ковал несокрушимое оружие для богов и некоторых избранных смертных, например, для грозного Ахилла, героя Троянской войны. 

В Англии в период роста железоделательного производства, многие удачливые кузнецы богатели и становились даже лордами. Родоначальник одной такой династии заводчиков Фуллер на своем дворянском гербе изобразил кузнечные клещи, а девизом избрал слова: «Углем и щипцами». 

 

* * *
 

В начале этой книги хочу отдать должное В. Миллеру и Ж. Дюмезилю. Они собрали и популяризовали Нартский эпос. Благодаря им о нем узнали за рубежом, но они, к сожалению, не разгадали, не раскрыли главной тайны сказаний. Тайна эпоса заключается в том, что в нем красной нитью проходит история развития металлургии. Закодированные секреты изготовления, закалки и обработки стали изложены в сказаниях до мелочей. 

Из книги Ж. Дюмезиля «Исследования по фольклору и мифологии востока» (стр. 13): 

«Кузнец Курдалагон, горн которого находится на небе, — друг Нартов: он приходит к ним в гости и, подобно дельцу, заботящемуся о своем деле, принимает от них заказы. В наших историях на нем прежде всего лежит своеобразная обязанность раскалять добела героев с металлическим телом и затем погружать их для закалки в воды моря или в иную, более диковинную жидкость». 

Вот что он пишет о Батразе (там же, стр. 62): 

«...Одна из самых своеобразных черт этого персонажа — его природа, «материал». Либо от рождения, либо трудами Небесного кузнеца и благодаря своевременному прыжку в Черное море он стальной, из закаленной стали. Это очень подходит к его качеству духа огня, так как различные цивилизации древности часто представляли молнию в виде каменного, металлического и особенно стального оружия. Но это позволяет ему также оригинальный образ действий: Батраз действует преимущественно как метательный снаряд, он одновременно и герой, и оружие... 

...Например, в одном сказании говорится, что по воле судьбы Батраз мог умереть в этом мире только тогда, когда меч его будет брошен в море. Разве это не значит, что Батраз и его меч — единое целое, что в какой-то степени Батраз «был» своим мечом?.. 

...Издесь заметно определенное отождествление стального героя с его мечом. Как бы то ни было — ядро ли он, меч ли, стрела ли — стальной герой постоянно изображается как оружие... » 

Если бы у Ж. Дюмезиля хоть на мгновение проскользнула мысль о том, что Батраз и есть меч, а экзотические средства являются реальными, оптимальными средствами для закалки стали... 

К сожалению, он, как и другие мифологи, думал, что Нартский эпос – выдумка темных и глупых людей. Я ничего не имею против них, наоборот, огромное им спасибо. Ну не догадались они, хоть и были на шаг от разгадки, а современники отца, который писал об этом, поняв, что он нашел главное, приняли его в штыки. Бог им судья, они сделали свой выбор и лишили нас на долгие годы правды о главном, что есть у нашей нации. 

Вот что пишет Дюмезиль в той же книге, воспринимая героев эпоса как наших предков (стр. 23): 

«...Один из первых исследователей-энтузиастов В. Б. Пфаф, пораженный стройностью нартовских сказаний Осетии, на основании некоторых слабых признаков провозгласил, что их «мифология» происходит от греческой. Разве не видим мы в них божественных кузнецов в виде Гефеста и его Циклопов? Разве не рассказана в них история Полифема? А Плутон со Стиксом? А безнравственность, которую сказания приписывают Урузмагу и Сатане, аморальность, – кто, кроме византийских последышей, мог заразить ею добродетельных горцев, детей природы? И в самом деле, разве Осетия веками не подвергалась влиянию Римской империи? Пфаф установил точные соответствия: Хамыц – Улисс; Батраз – Прометей, а также Ахилл; Созырыко, который живым спускается в ад, - Геракл... » 

Стр. 54: 

«Супруга Арташеса Сатиник горит любовью к «потомкам Дракона». Нужно ли вспоминать здесь некоторые «слабости» Сатаны? В одном осетинском сказании, известном в трех вариантах, повествуется о том, как она изменила Урузмагу в супружеском же доме с сыном местного Вулкана, Сафы». 

«Эта сказка или скорее сатира, — писал торжественно Пфаф в 1871 г., — свидетельствует о глубокой порче у осетин общественной нравственности в то время, когда они (с XI по XIV вв.) находились в весьма тесных отношениях с Византией». Скорее всего, если этот рассказ сопоставить с текстом Моисея, он свидетельствует о том, что тема супружеской неверности органична в истории Сатиник-Сатаны». 

Там же, стр. 79: 

«В. Ф. Миллер отмечал, что у осетин центральная чета нартов — Урузмаг и Сатана — повинна в кровосмешении. Урузмаг одновременно и брат, и муж Сатаны. Этот факт тем более примечателен, что он известен только осетинам. Черкесы, татары, чеченцы и другие народы не знают сей скандальной подробности. В. Ф. Миллер видит в этом явную черту иранства в Осетии. Разве Иран не «специализировался» на кровосмешении, разве почти не «узаконил» его у себя, тогда как в реальном быте осетин кровосмешение не встречается?»  

 

* * *
 

Неудивительно, что мы не любим и не знаем своего эпоса. Кому нужны предки, женящиеся на своих сестрах? И в то время, когда Урузмаг уходит в поход, рискуя жизнью, чтобы накормить умирающих от голода нартов, Сатана изменяет ему то с одним пастухом, то с пятым, то с десятым, тайно выезжает на берег реки, рожает сына и бросает его в воду. Женят своего деда на своей матери. 

В первой книге я объяснил, что означает измена Сатаны-ртути Урузмагу-железу, а теперь объясню женитьбу Уархага на своей невесте Дзерассе. 

 

* * *
 

Вы помните, что Дзерасса олицетворяет обогащенную болотную руду, которая скапливается у берегов водоемов, поэтому является дочерью подводных жителей Донбеттыров, а Уархаг, так же как Батрадз, является своим мечом, является и рудой, и изделием из этой руды. Древние металлурги смешивают два вида руды и в одной печи получают новый вид стали с новыми качествами. 

Дзерасса приходит к нартам, чтобы родить у них, и просит поместить ее в нижней части башни Ахсартага. 

Раньше башни строили так, что в нижнюю часть помещали скот. Это было обусловлено рядом причин. Оставим это этнографам. 

Ю. Г. Гуревич. «Загадка булатного узора», ст. 59: «Существенными недостатками сыродутного процесса были низкая производительность и небольшая степень извлечения железа из руды — всего 50%. Поэтому в дальнейшем стремились повысить производительность посредством увеличения площади поперечного сечения горна и особенно его высоты. Это стало возможным после изобретения гидравлического колеса, которое увеличило мощность мехов, позволило вдувать в горн большее количество воздуха под более высоким давлением. Теперь температура процесса повысилась до 1250—1350°С, и воздух стал проникать через более высокий столб шихты. Но главное, значительно изменились температурные условия по высоте горна: в верхнюю часть горна попадало меньше воздуха, и его температура понизилась, а в нижней его части температура была значительно выше. Поэтому в нижней части горна руда восстанавливалась быстрее. Шлака здесь еще было мало, и восстановленное железо поглощало углерод. Последнее привело к тому, что в сыродутных печах вместе с тестообразной крицей и жидким шлаком начали получать еще очень жидкий металл со странными свойствами: он был хрупкий и не поддавался ковке. Сегодня все знают, что это мог быть только чугун — сплав железа с 3—4% углерода. Его температура плавления примерно 1200°С. 

 

<i>Рис. 1. </i>Древнерусская сыродутная печь  </p><p>
с Райковецкого городища.
Рис. 1. Древнерусская сыродутная печь  

с Райковецкого городища.

 

 

Когда было замечено, что чугун образуется там, где железо долго соприкасается с углем, его начали считать негодным продуктом, получающимся из-за расстроенного хода плавки». 

Поэтому у Уархага и Дзерассы тоже рождаются близнецы (фаззæттæ) Фарнаг и Уон. Но они не близнецы. По своей сути они двойня, потому что в них разное содержание углерода. Вот почему в эпосе много близнецов: Уархаг и Уархтанаг, Ахсар и Ахсартаг, Урузмаг и Хамыц и т.д. 

Уон отказался родиться как все и вышел из лопатки своей матери. Лопатка на осетинском языке уон, поэтому его так назвали. А почему? Потому что сбоку в печи пробивали дырку и выпускали чугун вместе со шлаком как ненужный продукт. 

Смотрите рис. 1. Древнерусская сыродутная печь с Райковецкого городища. 

Моего отца обвиняли в том, что он не делает ссылок на других нартоведов, как это делают остальные. Пожалуйста! 

Вот как объясняет это В. И. Абаев («Нартовский эпос осетин», ст. 21): 

«По некоторым вариантам Дзерасса выходит замуж за своего свекра Уархага. От этого эпизода веет глубокой архаикой. Это — несомненный отзвук группового брака, при котором все мужчины одной группы имеют право на всех женщин другой группы. Переживания ранних форм брачных отношений мы найдем и в других циклах тртовского эпоса, в первую голову, в цикле Сатаны и Урузмага». 

Афтæ уын хъæуы, ирон адæм!» 

В дальнейшем мы не раз коснемся трактовки нашего эпоса вашими прославленными нартоведами и вы поймете, какой бред они несут. 

Из той же книги, стр. 15: 

«В статье «Опыт сравнительного анализа легенд о происхождении нартов и римлян» мы пытались показать, что в основе сказания о Ахсаре и Ахсартаге лежит тотемический миф о происхождении племен от волка, совершенно аналогичный легенде о Ромуле и Реме. 

По первому впечатлению в осетинском сказании нет ничего тотемического. Только мотив близнецов и мотив братоубийства сближает нартовскую легенду с италийской. Чисто фольклорный анализ вряд ли и вскрыл бы когда-нибудь действительный характер сказания об Уархаге и его сыновьях. Но тут на помощь фольклористике пришла лингвистика. Трудно вообще указать две другие науки, сотрудничество которых было бы так плодотворно и необходимо. Лингвистический анализ позволил установить, что имя родоначальника нартов Уæрхæг есть не что иное, как старое осетинское слово, означавшее «волк» (древне-иранское varka). Легенда о происхождении Нартов вводится тем самым в круг распространенных тотемических мифов, характеризующих одну из самых ранних ступеней развития общества. 

В какую-то весьма отдаленную эпоху древне-осетинское общество имело тотемом волка, т.е. считало волка своим родоначальником и было убеждено в особой, интимной связи племени с этим хищным животным. Имя тотема обычно подпадает под действие табу, словесного запрета, и вытесняется из обиходной речи. Этим объясняется, что слово уæрхæг «волк» в нарицательном значении уже не употребляется. Оно вытесняется заимствованным словом бирæгъ. Но эпос сохранил нам его, как свидетельство о далеком минувшем, когда люди верили, что они могут происходить от зверей и птиц». 

Очень хотелось бы посмотреть на его интимные отношения с волком, если он смог породить такие глупости. 

Там же читаем: 

«О скифском племени невров Геродот сообщает, что они были чародеями: каждый из них раз в год на несколько дней обращался в волка». 

Оказывается, наши предки к тому же были еще и оборотнями. 

Обидно то, что В. И. Абаев был прекрасно знаком с находкой отца, но как и остальные «нартоведы» предпочел национальному достоянию личное. 

По их мнению, Нартский эпос является плагиатом и происходит от чьих угодно эпосов и мифов. От римских, греческих, скандинавских, иранских, монгольских, в первую очередь и до византийских. 

А вот наши предки – темные, глупые и безграмотные люди, никак не могли своим умом «сочинить» такое грандиозное произведение. 

Приведу вам выдержки из книги Ж. Дюмезиля «Исследования по фольклору и мифологии востока» (стр. 12): 

«Некоторые из сверхъестественных существ — настоящие мифологические образы. Это двое: Уацилла и Уастырджи, носящие имена византийских святых Ильи и Георгия с одной и той же приставкой уац». 

«Тутыр обязан своим именем Святому Теодору — повелителю волков; он им чаще всего дает волю, но иногда и сдерживает и морит голодом, заталкивая им в пасть увесистые камни. По роду своих обязанностей он часто не в ладах с покровителем овец Фалварой (имя которого происходит от пары святых Флора и Лавра)». 

«Уастырджи — «Святой Георгий» (волокита, заискивающий перед нартовскими женщинами)». 

В. И. Абаев, «Нартовский эпос осетин», стр. 48: 

«Каково происхождение цикла Батраза? Мы установили в свое время, что имена Хамиц и Батраз — монгольского происхождения и что нартовская пара Хамиц и Батраз представляет, по-видимому, раздвоение монгольского имени Хабичи-Батыр». 

Стр. 49: 

«Черты грозового божества Дюмезиль усматривает в следующих мотивах Батразовского цикла. 

1. Батраз рождается железным, впоследствии, закалившись в небесной кузнице, становится стальным. Несколько раз он вместо стрелы (или привязанный к стреле) выпускается из лука (или, в новых вариантах, заряжается в пушку вместо ядра) и в таком виде поражает и сокрушает вражескую крепость. 

Известно, что представление о молнии, как о металлическом орудии, специально как о стреле, в высшей степени характерно для воззрений примитивных народов. Батраз-стрела, поражающий врагов, — это мифологический образ молнии, поражающий с неба темные силы». 

Как вы думаете, кого он называет примитивным народом? Стр. 39: 

«В дигорских вариантах колесо, убившее Сослана, зовется «колесом Ойнона». Имя Ойнон — искаженное Иоанн». Стр. 74: 

«Заметный след оставили в эпосе осетин (как и в русском былинном эпосе) контакты с тюрко-монгольскими племенами. В нартовской ономастике тюрко-монгольский слой по объему и значению следует непосредственно за иранским. Из монгольского и тюркского получают объяснение имена Батраз, Маргудз и др. Имеются также совпадения в сюжетах и мотивах». 

Стр. 85: 

« В цикле Батраза фигурирует некое чудовище Хъандзаргас, который держит в плену многих Нартов, в том числе деда Батраза, Уархага. Весьма вероятно, что Хъандзаргас — это искаженное Хъан-Ченгес, т.е. Чингиз-хан». 

Стр. 87: 

«Происходя в тотемическом плане от волка, в космическом плане — от солнца, Нарты остаются верны своей двоякой природе: как дети волка они больше всего любят охоту, войны, набеги и походы за добычей, как дети солнца они любят буйную радость жизни, пиры, песни, игры и пляски. О героях персидского эпоса говорится, что они любили две вещи: «razm» и «bazm». Razm означает «бой», «сражение», bazm — «пир», «пиршество». То же можно сказать и о нартовских богатырях». 

А вот как В. И. Абаев подтверждает, не зная работы отца, в той же книге, изданной в 1982 г. 

Стр. 93: 

«Материальная культура нартовских воителей вполне отвечает той эпохе, о которой сигнализирует их общественный и хозяйственный быт. Перед нами — железный век, в его начальный, романтический период. Кузнечное дело окружено сияющим ореолом, так же как в гомеровской Греции, в скандинавской мифологии, в Калевале. Как все, что казалось прекрасным и священным, оно перенесено с земли на небо. Небесный кузнец Курдалагон, родной брат Гефеста и Вулкана, является одной из центральных фигур эпоса. Он не только кует героям оружие, он закаляет самих героев. Его отношения со смертными — и тут сказалась большая архаичность нашего эпоса — несравненно интимнее, проще и патриархальнее, чем у богов-кузнецов на Западе. Он частый участник нартовских пиршеств. Виднейшие Нарты подолгу гостят у него: Батраз, Айсана, сын Урузмага и др. 

Железо и сталь встречаются в сказаниях на каждом шагу. Железными оказываются не только оружие и орудия. 

Мы встречаем железнорылых волков и ястребов с железными клювами. Железные ворота обычны, но есть даже целый замок из железа, построенный Сосланом для дочери солнца. Наконец, стальными оказываются даже некоторые герои: Батраз во всех вариантах, а в некоторых также Хамиц и Сослан». 

 

 

* * *
 

 

Оставим их на время и займемся эпосом. В нем встречается множество разных вариантов одного сказания. Специалисты считают, что разные сказители рассказывают их по-своему. Это не так. Каждый из вариантов нужен, потому что является носителем своей технологии изготовления стали или ее части. 

 

Разберем сказание «Про Урузмага» (из архива). Записи П. Гадиева от З. Туаева. П. 5, д. 26. 

Сравните его с рассказом Урузмага из сказания о черной лисице из первой книги (с. 74). 

 

Уырызмæджы тыххæй
 

Уырызмæг цуаны ацыди æмæ фембæлди урс сагыл. Æмæ йæ Уырызмæг асырдта фæстейæ саджы, æмæ иу обаумæ балыгъди саг æмæ обауы цур фæдæлдзæх ис, æмæ обауы цур разил-базил кæны Уырызмæг æмæ ма йæ кæм ссардта, æмæ йыл æрталынг ис уыцы обауыл æмæ бахуыссыдис обауы сæр, райсом æй кæд ссарин, зæгъгæ. Æмæ обауы бынæй хъæлæба цæуы æмæ загъта: «Йе, дунейы скæнæг иунæг Хуыцау, ратт мын ацы обауы бынмæ фæндаг!» 

Æмæ дзы фæндаг февзæрдис æмæ бацыдис æмæ бакастис æмæ дзы ус ахæм бады, æмæ дунейы рæсугъд, сызгъæрин уыдис йæ хил усæн. 

- Де 'хсæв хорз уа! - зæгъгæ йын загъта.  

- Хорз цæрай, æгас цæуай, - йын загъта ус дæр. 

Æмæ йæ æрбадын кодта ус, æмæ ус æнцад бады, фæлæ фынг рацыд Уырызмæгæн йæ размæ, алцæмæй дæр арæзт фынг, æмæ загъта: «А ус æнцад куы бады, уæд ацы фынг мæ размæ цы рахаста?» 

- Баминас кæн, – ын загъта ус. 

Æмæ бахордта æмæ бануæзта Уырызмæг, æмæ йын уат бакодта ус æмæ йæ схуыссын кодта, йæхицæн дæр пылыстæг сынтæджы æруат кодта ус æмæ схуыссыдис. 

Æмæ Уырызмæг æрхъуыды кодта: «Ныр æз ам куыд хуыссон?» - Æмæ йæм ус дзуры: 

- Йе уазæг, дæ зæрды фыд фæнд ма рафтæд. 

Æмæ уый кæм бакоммæ каст! Æмæ йæ цурмæ куы бахæддзæ ис - сынтæджы цурмæ, уæд æй ныццавта ехсæй усæн йæ мой æмæ фестади Уырызмæг – куыдз. 

Уымæн дардта йæ мой гамхуд, æмæ йæхæдæг уыдта адæмы, фæлæ йын йæхи ничи уыдта. Æмæ йæ бабаста сынтæджы къухыл куыдзы – Уырызмæджы æмæ йæм дзугы фиййæуттæ æрцыдысты курæг. 

Фийæутты дзугыл сахуыр и авд биæргъы æмæ сæм цыдысты алы хсæв æмæ сын сæ фосы ластой. Æмæ йæ фехъуыстой: хорз куыдз æм и Баты фырт Батырмæ æмæ йын балæгъстæ кодтой: 

- Ратт нын дæ куыдз, авд бирæгъы ныл сахуыр и æмæ нын нæ фос æмбис фæкодтой, бирæ нæ, фæлæ нын æйиу къуыри ратт. 

Æмæ сын загъта:  

- Куы ницы уын бакæна, зæронд куыдз у æмæ? 

- Дæ хорзæхæй, ратт нын æй. 

Æмæ сын æй радта. Æмæ йын сæхъис синæг йæ фцæджы бафтыдтой æмæ йæ ракодтой æмæ 'рбахæддзæ сты сæ фосмæ. Æмæ бирæгътæ кæуыл 'рбацæуынц, уыцы фæндагыл æй бабастой, дзыхъхъ ын скъахтой æмæ йын сылы ныккодтой уым æмæ дзы цы бастæрдтаид – ныттымбыл æмæ ныххуыссыд æмæ йæм бирæгътæ нынниудтой: 

- Фæцæуæм дæм, Уырызмæг, фæлæ нæ ма бахъыгдар! 

- Фæцæут, сымах цы цæгъдат, æртæ ахæмы дзы æз ныццæгъд-дзынæн. 

Фиййæуттæ ныффынæй сты. Фосыл ралæууыдысты бирæгътæ æмæ сын се 'мбис ныццагътой, æмæ сæ фиййæуттæ куы базыдтой, уæд фестадысты æмæ фосмæ акастысты – æмбис фесты. Æмæ куыдзмæ бацыдысты æмæ йæ нæмынц къоболатæй: 

- Дæу тыххæй нын сæ ныццагътой! 

Райсомы йæ нæмгæ-нæмгæ Баты фырт Батыры хæдзармæ ныккодтой. 

- Йа дæ куыдз! – загъгæ загътой. 

- Ницы уын баххуыс кодта? 

- Кæннод æй дæ мард бахæрæд! Æмбис нын фæкодта нæ фос! Æмæ та йæм дыггаг фиййæуттæ ныццыдысты. 

- Дæ хорзæхæй, махæн æй ратт! 

- Ницы уын бахъахъхъæндзæнис. Мæнæ мæ иннæ фиййæуттæ дæр фелгъыстой. 

- Ратт нын æй, дæ хорзæхæй! 

Æмæ сын æй радта. Æмæ йын зæлдаг синаг бафтыдтой йе 'фцæджы æмæ йæ ракодтой æмæ йæ скодтой сæ фосмæ æмæ хорз нæл фыс аргæвстой æмæ йæ сфыхтой æмæ йын æй йæ разы æрæвæрдтой, æмæ дзы цы хъуыд, уый бахордта. Æмæ ацыдысты, æмæ бирæгътæ иу цы хуынкъыл æрбабырыдысты, уыцы ран йын гобан байтыдтой æмæ йыл хъæддзул æрæмбæрзтой, æмæ йын загътой: 

- Бахъахъхъæн! 

Æмæ йæ ныууагътой. Æмæ схуыссыдысты фиййæуттæ. Æмæ та йæм бирæгътæ нынниудтой: 

- Фæцæуæм дæм, Уырызмæг, æмæ нæ ма бахъыгдар!  

Æмæ сæм уый дæр нынниудта: 

- Ма рацæут, ницы уын ауадздзынæн!  

 

- Цæй, цæй, уæдæ, ды иунæг, мах – авд, æмæ нын куыннæ ауадздзынæ? 

- Уæдæ рацæут! 

Æмæ йæм рацыдысты. Æмæ сæ чи куыд раздæр цыдис, афтæ сын сæ къубæлттæ скъуыдта æмæ авды дæр аргæвста æмæ сæ кæрæдзи уæлæ самадта. Æмæ фиййæуттæ сыстадысты, æмæ йæм чи куыд хæддзæ кодта, афтæ йын йæ дзыхæн пъа кодта, æмæ та йын зæлдаг синаг йе 'фцæгыл бафтыдтой æмæ йæ ракодтой. 

Æмæ сæ иу чи уыдис фиййауттæй, уый бæргæ зæгъиккам мах, фæлæ дæ къухы куы бафтид, уæд дын хос бацамониккам. Æмæ куыдз дæр бахъырныдта, æмæ загъта уыцы фиййау: 

- ÆЗ дæ ныккæндзынæн æмæ дæ сынтæджы къухыл даргъ бабæтдзынæн, æмæ сынтæджы нывæрзæн нымæтын ехс ауыгъд, æмæ уый райс æмæ сæ ныццæв сынтæгмæ, куы бафынæй уой, уæд, æмæ дæ дзыхæй цы зæгъай, уый фестдзысты. 

Æмæ йæ ныккодта фиййау æмæ сын раарфæ кодта - Баты фырт Батырæн æмæ йæ усæн: 

- Фæрнæй йæ фæдарут, хорз куыдз у, хорз нын феххуыс, фæлæ æгæр цыбыр баст у æмæ тæригъæд у æмæ йæ даргъдæр æрбæттон, - уый фиййау загъта. 

- Æрбæтт æй, – зæгъгæ загътой. 

Æмæ йæ даргъдæр æрбаста, æмæ сынтæджы бынмæ бабырыдис æмæ ныххуыссыд уым. Æмæ куы бафынæй сты ус æмæ лæг, уæд рабырыдис сынтæджы бынæй æмæ скуывта Хуыцаумæ: «Йе хуыцауты Хуыцау, куыдзы æвзаг даргъдæр фæкæн!» - æмæ йе 'взаг даргъдæр фæцис æмæ сæвнæлдта ехсмæ æмæ йе 'взагыл андзæвдис ехс æмæ цы уыд, уый фестад æмæ ехс райста æмæ сæ ныццавта ехсæй æмæ сæ фестын кодта сыл æмæ нæл теуатæ, æмæ сыл райсомы, хæдзары цы фæллой уыди, уыдон самадта, сифтыхта сæ уæрдоны æмæ рацыдис, фос æм кæй ссардта, уыдон раскъæрдта æмæ æрбафардæг сæ хæдзармæ æмæ ныр дæр ма цæры. 

В. И. Абаев для разгадки эпоса подключил лингвистику, а мы подключим логику и философское мышление наших предков. И конечно древнюю металлургию. Включите свое воображение и давайте попробуем разобраться, что хотели передать нам создатели эпоса в этом, на первый взгляд, глупом сказании. 

 

Про Урузмага
 

Урузмаг пошел на охоту и встретил белого оленя. Погнался за ним, но олень забежал в один холм и как сквозь землю провалился. Ищет его Урузмаг, но не находит. Стемнело, лег он на вершине холма в надежде, что найдет его утром. Слышит, из-под холма идет какой-то шум, и взмолился: 

- О, создатель, единственный Бог, укажи мне дорогу туда! 

И открылась дорога и видит он женщину необыкновенной красоты с золотыми волосами. 

- Доброй ночи! - сказал он. 

- Хорошо живи, добро пожаловать, - ответила женщина. Усадила его, а сама сидит не двигаясь, но стол, полный еды, 

вышел сам и стал перед Урузмагом. И подумал он, если женщина сидит не двигаясь, что же могло придвинуть стол ко мне. 

 

Прервемся. Кто читал первую книгу, уже догадался, что холм - металлургическая печь. Урузмаг – железо, и все, что будет происходить с нашим героем, это переход железа из одного качественного состояния в другое. Почему герои эпоса, будь то холм, пещера, башня, возвышенность - попадают туда ночью? Всем известно, что плавили руду только ночью для того, чтобы точно определять температуру по цветам накала в печи. Это давало возможность управлять процессом. 

Женщина с золотыми волосами - огонь, который разгорался снизу. Урузмаг с помощью Бога находит дорогу в низ башни. Железо или руда, нагреваясь, плавилось, стекало и собиралось на дне горна. Стол, полный еды (разные добавки, которые обогащали руду), так же как в сказании о «Черной лисе нартов», выходит к нему сам. 

 

- Угощайся! – сказала женщина. 

Когда он поел и выпил, постелила и уложила его. Себе постелила на кровати из слоновой кости и легла. 

Урузмаг подумал: «Как я должен здесь спать?», но женщина сказала: 

- Гость, пусть твое сердце не ищет плохого. 

Не послушался он ее, и когда приблизился к кровати, ударил его войлочной плетью муж женщины и превратился Урузмаг в собаку. 

Для этого держал муж женщины шапку-невидимку. Сам он видел людей, а его никто не видел. Привязал его к ручке кровати и пришли к нему чабаны просить собаку. 

 

Откуда у них кровать из слоновой кости? Возьмем из интернета статью великого русского металлурга П. П. Аносова, создавшего русский булат в середине 19-го века, над которым он работал 5 лет. 

 

«О булатах»
 

Вот что он пишет «о влиянии на железо различных тел, содержащих углерод», - в своих опытах по древней металлургии. «6. Животных тел. 

Опыты прибавления животных тел к железу (101-104), как, например, рога, слоновой кости, показали, что хотя с помощью их можно получить сталь с узорами, но они никак не могут равняться с узорами настоящих булатов. При сих опытах замечено, однако же, что сырой рог лучше пожженного для проявления узоров». 

Приблизившись к женщине-огню и к кровати из слоновой кости, Урузмаг-железо, получая углерод, меняет свое качество и превращается в «собаку». На этот раз металлурги – гениальные создатели «нартов», сравнивают углерод с мужем женщины-огня, надевают на него «шапку-невидимку» и дают в руки «войлочную плеть». Он видит всех, а его самого не видно! Он есть, но его не видно! 

Из статьи Леонида Архангельского «Тайна ржавого железа». Она есть в интернете и далее я приведу ее полностью: 

«Так случилось, что я начал заниматься дамасской сталью — этим старинным клинковым металлом, еще ничего в общем-то не зная об истории оружия. В кузнечно-клинковое дело я пришел из дела ракетно-космического, поэтому на традиционные технологии металлургов древности смотрел несколько свысока. Действительно, ну что такого-этакого они могли сделать в своих печурках и горнах? 

Но когда вплотную занялся историей металлургии оружейных сталей, то понял, что кузнецы древности может и меньше нашего знали, но зато куда больше понимали». 

 

«Повадились к пастухам семеро волков и каждую ночь уносили (ластой) их скот. Услышали они, что есть хорошая собака у сына Бата Батыра и стали его уговаривать: 

- Дай нам свою собаку. Семеро волков повадились к нам и ополовинили наше стадо. Не надолго, всего на одну неделю. 

Он ответил: 

- Вдруг она не поможет вам, это старая собака. 

- Очень просим, дай нам ее. 

И он дал им ее. Надели ей на шею веревку из грубой козьей шерсти и привели к своему стаду. 

Привязали у того места, где пробираются волки, вскопали ей (Урузмагу) ямку и налили туда сыворотку из-под молока и чтобы она оттуда вылакала. Свернулась, легла, и завыли волки: 

- Мы идем к тебе, Урузмаг, не мешай нам!.. 

- Идите, что уничтожите вы, я уничтожу в три раза больше. Пастухи уснули. Набросились волки на стадо и уничтожили 

половину. Когда узнали об этом пастухи, проснулись и видят, осталась половина стада. Подошли к собаке и стали бить ее палками с набалдашником (къоболатæй). 

- Из-за тебя их уничтожили! 

И с утра, избивая, привели ее в дом Батыра». 

 

Опять прервемся. В этой части сказания кузнецы передают нам менее эффективную технологию получения железа, когда его получается мало. 

Пастухи-кузнецы надевают на собаку веревку из грубой козьей шерсти и привязывают у того места, откуда пробираются волки. Семеро волков - семь мехов. Когда меха вдувают в печь воздух, они производят звук, похожий на вой волков. Почему пастухи наливают собаке сыворотку в яму, а не в миску или чашу. Внизу печи делали ямку, куда стекалось расплавленное железо и вместе со шлаками собиралось в ней (см. рис. 1). Сыворотка - известковый раствор, который связывал примеси фосфора и очищал железо. Почему пастухи, избивая собаку палками с набалдашником, с утра возвращают ее хозяину? Палка с набалдашником - молот. Когда утром вынимали из печи железную крицу, то ударами молота (пока она горячая) обжимали ее, отбивая примеси шлаков. 

 

«- Возьми свою собаку! - сказали они. 

- Она вам не помогла? 

- Пусть съест ее твой труп! Она ополовинила наше стадо! Пришли к нему другие пастухи. 

- Просим, отдай ее нам! 

- Не убережет она ваше стадо. Вот и другие пастухи меня прокляли. 

- Дай нам ее, пожалуйста! 

И он отдал ее. Надели на собаку шелковую веревку и привели к своему стаду. Зарезали и сварили барана, положили перед ней и, она съела то, что хотела. В том месте, откуда пробирались волки, постелили ей матрац, накрыли одеялом и сказали: 

- Сторожи! 

Оставили ее там и легли спать. Завыли волки. 

- Мы идем к тебе, Урузмаг, не мешай нам! Завыл в ответ Урузмаг: 

- Не приходите, ничего вам не отдам! 

- Ладно, ладно, ты один, нас семеро, как не отдашь! 

- Тогда идите! 

Пришли они и как по очереди проходили, стал отрывать им головы и сложил их друг на друга. Проснулись пастухи и стали целовать его в губы. Надели на него шелковую веревку и повели обратно». 

 

Прервемся. Вторые пастухи, в отличие от первых, надели на него мягкую шелковую веревку. Накормили отборным мясом – обязательная обработка и подготовка руды к плавке (не забывайте, что Урузмаг-железо, так же, как и Уархаг, является и рудой. и изделием из этой руды). Матрац - определенный слой древесного угля, на который клали определенный слой руды. Одеяло сверху - определенный слой флюса (разнообразный слой различных добавок). Почему, убив волков, он сложил их друг на друга? Почему о стаде овец нет и речи? 

М. Беккерт. «Железо. Факты и легенды», стр. 52: 

«Обычные для начала железного века сыродутные горны представляли собой простые углубления-ямы, вырытые на склонах гор, чтобы можно было использовать естественные потоки воздуха (так называемая тяга). Позднее были созданы дутьевые мехи. Производительность сыродутных горнов сразу возросла. Но в V в. до н.э. у кельтов появились невысокие печи типа шахтных, которые позднее превратились в «кусковые», или «волчьи», названные так потому, что получавшуюся в них крицу именовали «куском» или «волком». Нельзя думать, однако, что на смену ставшим тогда традиционными сыродутным горнам сразу пришли более производительные печи. Скорее всего, те и другие долгое время сосуществовали (поэтому Урузмаг попадает из одной печи в другую. — Прим. авт.). Соседи кельтов — римляне и германцы переняли у них искусство получения и обработки железа и стали. Как свидетельствует история металлургии, это были способные ученики, так как очень скоро превзошли своих учителей». 

Позднее усовершенствованный кричный горн начали использовать для получения стали рафинированием в нем чугуна. 

 

«- Но один из пастухов сказал, если у тебя получится, то мы научим тебя. 

Собака завизжала, и сказал пастух: 

- Я отведу тебя обратно и привяжу к ручке кровати длинной веревкой. Над изголовьем кровати висит войлочная плеть. Ты возьми ее и, когда они уснут на кровати, ударь их войлочной плетью, и что ты скажешь, в то они и превратятся. 

И привел его пастух и поблагодарил их, сына Бата - Батыра и его жену. 

- Счастливо вам ее содержать, хорошая собака, очень нам помогла. Вот вам семь баранов, только коротко она привязана, жалко ее, привяжу ее подлиннее, - сказал пастух. 

- Привяжи, - сказали они. 

Привязал он ее длиннее, и она залезла под кровать и легла там. Когда уснули муж и жена, выползла она из-под кровати, видит плеть, но не может до нее дотянуться. 

Взмолилась она Богу. 

- О Бог Богов, сделай собачий язык длиннее, - и удлинился ее язык и коснулся плети, и превратилась она в того, кем была. Взял плеть, ударил их и превратил в самца и самку верблюдов. И все богатство, которое было в утреннем доме, нагрузил на них, запряг в арбу и выехал. Весь скот, что нашел, выгнал и прибыл в свой дом и живет до сих пор». 

 

Почему пастух привязывает собаку длинной веревкой? Для того, чтобы она смогла залезть под кровать. Это говорит о том, что железо надо томить в печи под слоновой костью для того, чтобы оно вбирало нужное количество углерода. 

Бог удлиняет собачий язык для того, чтобы сравнить поглощение железом углерода с тем, что собака, находясь на определенном расстоянии, его слизывает. 

Почему Урузмаг превращает их в верблюдов? Проводится параллель с восточным методом. Вспомните концовку сказания «Как Батрадз вошел в склеп без крыши»: 

«Батырадз - йæ нæртон ном, Хадзырæт-Али та йæ хъуыраны ном». 

«Батрадз - его нартовское имя, Хазырат-Али его имя по корану». 

Прославленным клинкам давали имена, и я не удивлюсь, если узнаю, что на востоке был такой меч, который называли Хазырат-Али. 

Урузмаг вывозит весь скот (выпускает шлаки) и загружает арбу богатствами. Полученную крицу разбивали и выбирали лучшие куски, из которых ковали оружие. 

Урузмаг-железо живет до сих пор, потому что полученное таким способом оружие - не ржавеет. 

В. И. Абаев пишет: «Наконец стальными оказываются даже некоторые герои: Батраз во всех вариантах, а в некоторых также Хамиц и Сослан». 

Мы знаем, что Хамыц олицетворяет чугун. почему он оказывается стальным? 

М. Беккерт. «Железо. Факты и легенды», стр. 70: 

«Выплавляемая из «стальных» руд крица была очень неравномерной по составу. Ее разбивали и из обломков выбирали «сталистые» куски. Никто тогда не знал, в чем отличие стали от железа, и тем не менее крестьянские металлурги Швеции научились управлять процессом — получать либо сталь, либо ковкое железо, изменяя количество и интенсивность дутья». 

 

* * *
 

Давайте разберем еще одно сказание - «Как Батрадз закалил себя». 

Не буду приводить вам осетинский текст, он есть в книгах, желающий, прочитает сам. 

 

«Стал в одно время Батрадз думать: «Таким, какой я есть, меня может победить насильник. Пойду и закалю себя у небесного кузнеца Курдалагона». 

Пришел он к небесному Курдалагону и говорит ему: 

- Закали меня, Курдалагон! 

- Не надо, мое солнце! - ты похож на хорошего парня, жаль будет, если ты сгоришь. 

- Нельзя по-другому, Курдалагон, прошу тебя – закали меня. Согласился Курдалагон и сказал ему: 

- Тогда иди и месяц делай древесный уголь, и месяц собирай камни кварца. 

Ушел Батрадз и месяц сжигал дрова под уголь и месяц собирал кварц. 

Курдалагон бросил Батрадза в горн, забросал корзинами с древесным углем, потом сложил на него кварц. После с двенадцати сторон направил на него двенадцать мехов и в течение месяца дул на него. Когда прошел месяц, Курдалагон подумал: «Наверное, уже сгорел, бедняга, сын Хамыца. Пойду и выброшу его скелет». Подошел он к нему с клещами и Батрадз крикнул ему: 

- Огонь не проникает в меня, ты что, издеваешься надо мной, или что?! К тому же скучно мне, дай музыкальный инструмент (фæндыр), я буду играть и петь для себя. 

Курдалагон принес ему фæндыр. Снова засыпал его углями и в течение недели дул на него мехами. Все равно огонь не проник в него (зынг йæм нæ бахъардта). 

Тогда Курдалагон говорит ему: 

- Иди, Батрадз, и убей много ядовитых змей (залийаг кæлмытæ амар), если мы из них не сделаем угли, то простые угли тебя не разогреют. 

Ушел Батрадз и стал убивать ядовитых змей. Принес их Курдалагону, и они сожгли змей и сделали из них угли (æмæ цæ æвзалы сыгъд бакодтой). 

Батрадз опять залез в горн. Курдалагон сложил на него угли и снова стал дуть. Пришел Курдалагон через неделю, и Батрадз крикнул ему: 

- Если я достаточно накалился, не держи меня здесь на ветру, а брось в море. 

Курдалагон ухватил его клещами и бросил в море. Море закипело и высохло - пар поднялся до небес. Рыба кувыркалась на сухом дне. Батрадз стал иссиня стальным (цъæх æндон сси), только одна кишка осталась не закаленной из-за того, что вся вода испарилась. Вышел он из моря, и оно снова заполнилось». 

 

Прежде чем разобрать это сказание, добавим к образу Батрадза несколько штрихов. 

Вы помните, что он родился из чирья между лопаток своего отца Хамыца. 

«Сатана райдыдта бонтæ 'мæ мæйтæ нымайын, æмæ афон куы 'рхæццæ ис, уæд акъæртт кодта Хæмыцы сынкъ, æмæ дзы сырх зынгæй рагæпп кодта æрдæгæй уæлæмæ-æндон, уырдыгæй дæлæмæ-болат, ахæм лæппу, æмæ асхъиудта денджызмæ». 

«Сатана стала считать дни и месяцы, и когда пришло время, разрезала чирей на спине Хамыца и оттуда выскочил раскаленный докрасна мальчик, выше пояса - стальной, ниже - булатный и прыгнул в море». 

Если он раскаленным докрасна прыгнул в море, значит, он уже закален. Зачем его закаливать еще раз? Потому что некоторые виды оружия закаливали по несколько раз, пока они не обретали нужные качества. 

Почему, упав в море, Батрадз остался там и воспитывался под водой? 

«Лæппу денджызы бын хъомыл кæнын байдыдта. Мæймæ-иу, æртæ азмæ цас сырæза адæймаг, уыйбæрц сырæзтис». 

«На сколько вырастает человек за три года, на столько он вырастал за месяц». 

Это тоже часть технологии изготовления стали. 

 

П. П. Аносов. «О булатах»: 

«Но сведения наши о приготовлении булатов в Азии столь ограничены, что в них нельзя найти руководства. Вот существенные из них.: 

а) по свидетельству шведского путешественника Шведенборга японцы приготовляют сталь из железа, лежавшего долгое время в воде, а Тунберг подтверждает, что японские сабли превосходны и что ими можно перерубать весьма легко гвозди без повреждения лезвия». 

Почему Батрадз вырастает за месяц на столько, на сколько человек вырастает за три года? Потому что соленая вода быстрее разъедает железо и очищает от примесей. 

Почему для того, чтобы выманить Батрадза из воды, Сатана прибегла к хитрости и научила нартов, как это сделать? 

«Вывели Урузмага на берег моря; посадили, намочили голову и стали брить. Мальчик вышел из воды, держа в обеих руках двух быков. Он играл ими, как двумя мячами, подбрасывал, и ловил их и смотрел, как бреют голову. Удивительным показалось ему, как бреют голову, попросил побрить и его. По совету Сатаны его волосы бросили в море и пошли домой. Батрадз пошел за ними, пришел к нартам и стал жить у них». 

Урузмага и Батрадза не побрили, а очистили от ржавчины. Этот этап технологии позади, и Батрадз идет к нартам. Начинается следующий. 

Умная Сатана по его поступкам и признакам поняла, что он рожден не просто так (хуымæтæджы гуырд кæй нæу, уый), и чтобы он не принес кому-то несчастья (фыдбылыз), заперла его в темной комнате, куда не проникал луч света, и он там сидел. 

Какая мать, даже не родная, сделает такое со своим сыном? 

Как-то к нему через какую-то дырочку проник лучик света. 

«Ай æдде рухс куы у, уæд мæ ацы талынджы цæмæн дарынц?» 

«Когда на улице светло, так зачем меня держат в этой темноте?» 

Батрадз выбил дверь и вырвался на улицу, где играли дети нартов. Стал с ними играть, и улица сразу заполнилась плачем и визгом. Кого за плечо возьмет - оторвет плечо, кого толкнет - раздробит ногу. Сатана сразу поняла, в чем дело, выбежала и загнала его домой, побивая розгой». 

Такое оружие делали годами и строго выдерживали и соблюдали технологию, а тем, что он вырвался на улицу, создатели нартов показывают нам то, что Батрадз даже на этом этапе изготовления - необыкновенная сталь. 

Пойдем дальше и возьмем сказание «Сын Хамыца Батрадз и сын Деденага Арахдзау». 

«Нарты хъæуы, нарты Уырызмæджы хæдзары, Ахсæртæгка-ты зæронд хæдзары, цыдæртæ архайдта хæдзары æфсин Нарты Сатана. 

Къонайыл, дæлтъурыл, арты фарсмæ бады иу лæппу бæгъæмзæнгæй æмæ къуыбæрттæ кæны сæ фæныкæй. Артмæ бадынæй цъыхыры сысты лæппуйы зæнгтæ». 

В селении нартов, в доме Нарта Урузмага, в старом доме Ахсарсартагката чем-то занималась хозяйка Нартов Сатана. 

У очага, у его основания, возле огня сидит один мальчик с открытыми голенями и делает комки из золы. От сидения у огня его голени покрылись кустарником». 

То, что старый дом Ахсæртæгката – металлургическая печь, вы знаете. 

 

Батрадз, сидящий у основания очага и делающий комки из золы (измазанный золой) - очередной этап технологии. 

Почему его голени покрылись кустарником? Вы помните, что ниже пояса он булатный, а булат - слоистая сталь. Очень твердые слои с высоким содержанием углерода чередуются со слоями, мало насыщенными углеродом. Из его голеней выходят ненужные примеси, поэтому они покрылись кустарником. 

Пусть кто-то объяснит это по-другому! 

Давайте вернемся к закалке Батрадза у Курдалагона. 

Для чего Курдалагон заставляет Батрадза жечь угли - понятно, а для чего собирать кварц? 

Кварц добавляли в горн, так как он вбирает излишки углерода и добавляется в шихту для снижения температуры плавления 

руды. 

Почему Курдалагон добавляет в горн угли, сделанные из ядовитых змей? Можно сказать, что это выдумка создателей эпоса, но это не так. 

Ю. Г. Гуревич. «Загадка булатного узора» (стр. 30): «Если же мастер допускал посторонних, то применял такие приемы, которые отвлекали любопытных: совершал над полосой самые необыкновенные ритуалы, например, посыпал полосу пеплом заживо сожженного животного или другими неведомыми опилками и порошками». 

Именно угли из сожженных змей позволяют Курдалагону поднять температуру в горне до нужного уровня. 

Даже небожители, покровители и духи, введенные в эпос, помогают, а иногда и дарят кузнецам секреты изготовления стали. Казалось бы, какое отношение к металлургии имеет покровитель ветра Галагон? 

П. П. Аносов. Опубликовано в «Горном журнале», 1827 г., кн. 8: 

«Описание нового способа закалки стали в сгущенном воздухе». 

Гессенфрац и другие известные писатели в сочинениях своих о стали упоминают, что путешественники, посещавшие Дамаск, в окрестностях коего находится фабрика белого оружия, видели там особенный способ, употребляемый для закалки клинков. Они рассказывают, что при сей фабрике, лежащей между двумя горами, выведены две стены около 15 фут вышиною и около 33 длиною таким образом, что составляют между собой угол, в коем находится отверстие от 3 до 4 фут шириною и от 4 до 5 фут вышиною. Стены сии имеют направление к северу, вероятно по той причине, что по сему направлению обыкновенно дуют там сильные ветры. Узкое отверстие снабжено дверью. Работу производят токмо во время сильных ветров. Тогда нагревают клинки докрасна, относят в отверстие и отворяют двери. Ветер со стремительностью дует в отверстие и охлаждает клинки. 

Они уверяют, что скорость ветра в отверстии бывает столь велика, что всадник на коне близ оного мог бы быть опрокинут. 

Известия сии оставались по сие время неподтвержденными опытом и потому, что любители сего дела почитали их невероятными, или потому, что они казались им не заслуживающими внимания. Между тем, известно, что и европейские художники закаливают иногда мелкие вещи на открытом воздухе, и что закалка сия имеет во многих случаях преимущество между обыкновенными способами закалки в различных жидкостях, как, например, в воде, сале, кислотах, ртути и пр. Сии сведения послужили мне поводом заключить, не зависит ли необыкновенная острота азиатских сабель более от способа закалки, ими употребляемого, нежели от материала, из коего приготовляют они клинки. 

Для подтверждения сего предположения я решил сделать испытание в малом виде над различными стальными вещами, закаливая оные в сгущенном воздухе цилиндрических мехов; ибо действие искусством сгущенного воздуха должно быть одинаково с действием сильного ветра. 

Правда, что произведенные мною опыты не привели еще меня к предположенной цели, но они открыли много весьма важного и полезного для вещей, употребляемых в обжиге, и при том не только не лишили меня надежды видеть влияние способа закалки на доброту азиатского дамаска, но еще более заставляют думать о справедливости моего предположения. 

Первый опыт сделан был с обыкновенным столовым ножом. Нагрев оный до красного цвета, я с поспешностью перенес его к отверстию воздухопроводной трубы, где он в весьма короткое время охладился. Отделившаяся при сем в некоторых местах окалина послужила мне доказательством, что нож получил известную степень закалки, но, погнув его, нашел я, он не имел упругости, а оставался в том виде, как был согнут; сие не совершенно соответствовало моему ожиданию, ибо я полагал, что такой закалки нож должен скорее переломиться, нежели согнуться. Однако ж, несмотря на мнимую неудачу, я выточил сей нож на точиле и, заметив во время точки остроту лезвия, подвергнув оное сравнительной пробе с ножами обыкновенной закалки. При сей пробе к немалому моему удивлению удостоверился я, что лезвие первого, несмотря на мягкость ножа, стойче и острее последних: ибо первым без усилия можно было перерезывать сверток войлока до 10 раз, тогда как последние на первом и редко на третьем разе останавливались и только катались по войлоку». 

Не буду приводить эту статью полностью, она есть в интернете. 

Вот почему Батрадз говорит Курдалагону: 

«Кæд фаг сзынг дæн, уæд мæ ам дымгæмæ ма дар, фæлæ мæ денджызмæ аппар!» 

«Если я достаточно накалился, не держи меня на ветру, а брось в море!» 

Этим создатели нартов показывают нам, что для такого вида стали, как Батрадз, закалка в соленой морской воде эффективнее, чем на ветру. 

 

* * *
 

К Батрадзу мы еще вернемся, как и к другим героям эпоса (Хуыцауы фæндæй!), а пока очередной раз обратимся к образу Сатаны. 

«Нартоведы» обвиняют ее в кровосмешении. Она хитростью женит своего брата на себе. Давайте думать логически. Если вплоть до 17 века человечество знало всего 7 металлов и 5 из них растворяется в ртути, то за кого же ей выйти замуж, как не за Урузмага? Только на железо ртуть не действует разрушающе. 

Древние металлурги и алхимики называли ртуть не только «праматерью всех металлов», но и «дьявольским металлом» из-за ее «магических» свойств. 

Возьмем сказание «Как Сатана обыграла Урузмага». 

«- Дьявол ты, и поэтому поступила со мной по-дьявольски», – сказал Урузмаг. 

- Тогда скажи мне, если бы не я, что бы ты смог? 

- Ничего! Ничего!.. - сказал Урузмаг. 

- Так вот замуж за тебя я сама вышла и создаю тебя тоже я». «Сатана Уырызмæджы куыд амбылдта». 

«Хæйрæг дæ 'мæ мын хæйрæджы митæ бакодтай, - загъта Уырызмæг. 

- Уæдæ ма зæгъ, æз дын куынæ уаин, уæд цы дæ бон у? 

- Ницы! Ницы!.. - загъта Уырызмæг. 

- Гъемæ дæм мой дæр мæхæдæг ыскодтон, æмæ дæ аразгæ дæр мæхæдæг кæнын». 

В ртути даже закаливали сталь. Именно Сатана управляет процессом рождения и закалки основных героев эпоса - Сослана и Батрадза. 

Когда древние металлурги научились получать сталь, то думали, что получили новый металл с новыми качествами (железо, получая углерод, темнеет), и это произошло с помощью ртути. Но ведь ее там нет! Считалось, что имея такое свойство, как испаряться и появляться вновь, она присутствует при рождении нового металла – незримо! Без ее вмешательства не может появиться ни новый металл, ни новый сплав, ни новый компонент для укрепления сплавов железа. Древние металлурги постоянно находились в состоянии поиска, и если находили что-то новое, то это могло означать только одно – Сатана-ртуть изменила Урузмагу-железу. Почему нарты знают об ее изменах то с одним пастухом, то с пятым, то с десятым, но никто ее не осуждает, даже Урузмаг? Наоборот, восхваляют! Вспомните, отец Сослана тоже был пастухом! Представляете, каким аморальным и развращенным должен был быть общественный строй осетин в древности. Почему другие народы Кавказа, у которых бытует Нартский эпос, убрали из образа Сатаны все негативное? Потому что никакой народ не станет клеветать на себя. Подумайте, если бы осетины переняли у любого из народов Кавказа Нартский эпос, разве они сделали бы из образа Сатаны такую развратную женщину? Какой в этом смысл? Как раз наоборот! Если убрать это из образа Сатаны - весь смысл теряется! 

Наши предки не боялись этого, главное было в том, чтобы показать влияние ртути на металлы и зеркально отобразить это во влиянии Сатаны на нартов так, чтобы никто об этом не догадался. 

Сатана является изобретательницей пива, и это тоже не случайно. Древние металлурги в поисках новой среды для закалки стали пробовали все. Делали отвары из всевозможных растений, комбинировали их, снова отваривали, и снова и снова пробовали закаливать в них сталь. Почему Ацамаза закаливают именно в отваре из дубовых листьев? Этот отвар эффективен и принимается как подарок Афсати. Основным компонентом пива является хмель. Как он воздействует на человека, известно всем, так почему бы ему не воздействовать на сталь? 

Как создатели эпоса выделяют хмель среди других растений и показывают их качества, видно из сказания «Гибель Сослана». 

Коротко: 

Гонится Сослан за Колесом Балсага через ольховую рощу. 

- Ольха, останови моего врага! Не остановила его ольха. 

 

- Будь ты худшим деревом в лесу, - сказал Сослан, - пусть сдирают с тебя кору для красителя, а сама ты засыхала! 

- Липа, останови моего врага! 

- Хоть я и толстая, - сказала липа, - не могу его остановить, слишком я мягкая. 

- Будь и ты проклята, – сказал Сослан липе, - высыпай красивыми цветами, но пусть плодов на тебе не будет, а люди будут искать тебя только из-за коры! 

- Граб, останови его! - просит Сослан. Не остановил его граб. 

Проклял и его Сослан. 

- Пусть Бог сделает так, чтобы люди сжигали тебя в огне! 

- Бук, останови его! 

- Худшее бы случилось с тобой: одного моего дерева хватило бы на целое село, но ты не оставлял на мне ни корня, ни ветка. 

- Пусть Бог сделает тебя легко обрабатываемым для людей. 

- Дуб, хоть ты останови его! 

Не остановил его дуб, сказав, что он изрезал его от макушки до корней для изготовления стрел. 

- Береза, останови его! 

- Твой враг - мой враг, - сказала береза, опустила перед колесом свои тонкие кудрявые ветви, но остановить его не смогла. 

- Будь лучшим из деревьев, береза, пусть люди делают из твоих ветвей шампуры для шашлыков. 

Катится колесо дальше. Приблизилось к кустам орешника. Вокруг куста орешника обвился хмель. Сослан крикнул хмелю: 

- Хмель, останови его, это мой кровник: он убил моих двенадцать друзей! 

Хмель распустил свои веревки, обвились они вокруг Балсагова Колеса и остановили его. 

Сослан поймал его и пожелал орешнику и хмелю: 

- Орешник, пусть растут на тебе вкусные плоды для людей, а тебя, хмель, пусть ищут люди во времена своей радости и добавляют в свое питье. Да благословит тебя Бог!». 

 

В другом варианте Колесо Балсага останавливает береза. И это тоже не случайно. 

Б. А. Колчин. «Техника обработки металла в Древней Руси», стр. 31: 

«Тамошние жители судят также о доброте руды по роду дерев, на оной растущих; таким образом отыскиваемую под березником и осинником почитают лучшею, потому что из оной железо бывает мягче, а в таких местах, где растет ельник, жестче и крепче». 

 

Давайте возьмем для примера народную медицину, которая также формировалась тысячелетиями. Почему надо собрать определенные виды трав в определенное время суток? Смешать в определенных пропорциях, довести до кипения и томить на огне определенное время. Затем выдержать в темном месте определенное время и пить 4 раза в день определенное количество. Это тоже своего рода технология, от которой нельзя отступать ни на йоту. 

 

* * *
 

Выше я обещал ознакомить вас полностью со статьей из интернета, которая объясняет многое из того материала о «нартах», который вы получили в первой книге. 

 

 

Леонид Архангельский 

Тайна ржавого железа
 

Так случилось, что я начал заниматься дамасской сталью – этим старинным клинковым металлом, еще ничего, в общем-то, не зная об истории оружия. В кузнечно-клинковое дело я пришел из дела ракетно-космического, поэтому на традиционные технологии металлургов древности смотрел несколько свысока. Действительно, ну что такого-этакого они могли сделать в своих печурках и горнах? 

Но когда вплотную занялся историей металлургии оружейных сталей, то понял, что кузнецы древности может и меньше нашего знали, но зато куда больше понимали. Со временем я обратил внимание на общее для кузнецов-оружейников древности непонятное тяготение к старому, проржавевшему железу, которое они охотно применяли для изготовления клинков. Трудно сказать, где и когда при производстве высококачественных клинков начали целенаправленно использовать ржавое железо, но самое раннее упоминание об этой технологии находим еще у Диодора и Плутарха, Говоря о населявших Испанию кельтиберах, они описывали их метод производства наиболее качественных мечей – на первый взгляд, не слишком очевидный. 

Кузнецы кельтиберов расковывали железные крицы в тонкие полосы, которые закапывали в землю. Пролежавшие в земле определенное время (иногда несколько лет), изъеденные ржавчиной пластины выкапывали и из остатков ковали хорошие мечи. О качестве испанских мечей свидетельствует Филон Византиец (3-й век), который пишет, что если хотели их испытать, то клали клинок на голову и притягивали концы к плечам. Когда концы отпускали, то клинки выпрямлялись без всякой остаточной деформации – для того времени качество превосходное. 

Совсем на другом конце континента (не на Крайнем Западе, а на Дальнем Востоке), японские оружейники при производстве металла для своих мечей иногда также применяли подобный метод. Подобно иберийским кельтам, они проковывали крицы в пластины и закапывали их в землю. Добавлю, что закапывали не где попало, а в выбираемых кузнецами особых местах, чаще всего болотистых. Затем, откопав эти проржавевшие пластины, они собирали их в стопку (пакет), сваривали в монолит и расковывали полученный брусок в полосы, которые снова закапывали, т.е. повторяли процесс. Полученный металл отличался особой остротой и стойкостью к коррозии. 

Подробности «ржавой» технологии можно уточнить, если от иберийских кельтов античности и японских оружейников средневековья перейти к кузнецам Кавказа более близких нам времен. Не знаю, насколько давно они с ней познакомились, но сохранились письменные и устные сведения, что даже в конце XIX-го века используемая ими при производстве клинков промышленная пружинная сталь вагонных буферов сама по себе, в «чистом виде», почему-то не устраивала наследников древних оружейных традиций, поэтому ее подвергали дополнительному процессу ржавления, который они называли «очищением». 

Например, кузнецы чеченцев для ускорения процесса коррозии раскованные в тонкие пластины рессоры помещали в сернистые источники, а если их поблизости не было, то в специальный состав из соли, чеснока, помета водоплавающих птиц и других компонентов. После выдержки их сваривали, скручивали, расковывали и снова подвергали ржавлению в той же особой среде, что могли повторять несколько раз. Полученный многотрудный металл был настолько ценен, что его бруски берегли для изготовления самых ценных заказов и иногда даже передавали по наследству. 

Помимо рессор при изготовлении оружия использовали и другое ржавое сырье. Так, автор «Очерков кустарных промыслов в Терской области» Г. А. Вертепов писал: «Еще в недалеком прошлом лезвие дорогих сортов кавказских ножей сваривалось из мелких кусков ржавых гвоздей и затем хорошо прокаливалось особым туземным способом». Отмечу, что не только на Кавказе и не только клинковое оружие ковалось из старых, ржавых гвоздей. Например, на Западе из них изготавливались высоко ценимые стволы ружей. 

Так, наиболее древний и повсеместно ценимый сорт Дамаска для стволов так и назывался «гвоздевой» (nagelstumpfdamast. (нем.) - «Дамаск из остатков гвоздей»). Этот сорт обязан своим названием сырью, из которого его изготавливали, а именно старым гвоздям, которыми прибивают подковы к лошадиным копытам. Изъеденные ржавчиной остатки плоских подковных гвоздей проваривали и расковывали в полосу, которую обычным порядком по спирали наворачивали на оправку и сваривали сам ствол. На поверхности готового ствола проявлялся оригинальный узор, образованный прерывистыми линиями. 

Возникает естественный вопрос: «Почему кузнецы разных народов, разделенных тысячами километров географически и тысячами лет по времени, применяли одну и ту же неэкономную и весьма трудоемкую технологию изготовления узорчатого металла?» Напрашивается вывод, что свариваемый из старого, ржавого сырья узорчатый металл каким-то образом приобретал дополнительную прочность. Вероятно, в первую очередь вследствие того, что сварные швы имели резко отличный от основной массы хим. состав и структуру. Но какие именно? Можно допустить, что при сварке стальных пластин соединительные швы заметны из-за обезуглероживания поверхности от выгорания углерода при сильном нагреве, но при сварке железных гвоздей выгорать-то нечему! 

Поразмыслив, решил проверить старинный метод на опыте. Нашел рядом с кузницей лист проржавевшего до дыр железа, пролежавшего в земле под кучей угля лет десять, отколотил толстый слой ржавчины, порубил лист на куски и сложил их в стопку. Для фиксации рыхлого пакета положил его на тонкую пластину с ручкой (своего рода лопату) и обвязал проволокой. Разогрел в кузнечном горне, как следует посыпал флюсом (бурой) и аккуратно проварил на очень высокой температуре. Во время расковки сваренного пакета в пластину я обратил внимание на то, что внешне плотный брусок (без видимых раковин и непроваров) при ударах молота почти не удлинился, а как бы сжимался внутрь себя, поглощая энергию удара. Ощущение странное и непривычное - как будто ковался кусок «железной резины». 

Зачистив поверхность полученной пластины, я обработал ее раствором азотной кислоты, который применяю для выявления узора на Дамаске. Результат весьма удивил - на сером, матовом фоне малоуглеродистого железа проявились необычно яркие, зеркально блестящие разводы и пятна. 

После исследования на электронном микроскопе образца этого «очищенного железа» выяснилось, что блестящий узор в нем образован густыми скоплениями крайне мелких (около одной тысячной доли миллиметра) округлых частиц окислов железа, хотя встречались и более крупные частицы оксидов разного состава. 

Вот и ответ! Действительно, частицы оксидов железа обладают крайне высокой твердостью - настолько высокой, что мелко толченой окалиной в старину полировали даже яшму - один из самых твердых камней. При этом шарообразная форма мелких частиц позволяет значительно повышать прочность и износостойкость металла без заметного снижения его вязкости и пластичности. Таким образом, густые скопления сверхтвердых и сверхмелких частиц образуют слои-волокна из своего рода особой стали, отличающейся тем, что ее упрочняющие частицы не растворяются при ковке и закалке, как это происходит с карбидами обычной стали. В науке такие металлы называются дисперсно-упрочненными псевдоволокнистыми композитами. Сравнивая фотографии микроструктур «очищенной» ржавлением стали и классического литого булата, можно заметить их поразительное сходство. 

Обращу внимание и на то, что старинное иранское слово «пу-лад», от которого и произошло наше название узорчатой стали «булат», в переводе значит «очищенное (железо)». Иранские руды содержат много серы, поэтому качественную литую сталь там получали переплавкой железа, долго пролежавшего в земле. При чем здесь «очищение»? Исследования «моего» образца показали, что в массиве бруска металла, полученного сваркой кусков обычного, но хорошо проржавевшего железа, включений вредной серы не обнаружено даже следов, в то время как в «свежих» сварных швах она есть. Комментировать не буду, поскольку для большей достоверности эксперимента надо бы сварить и исследовать не один, а пару десятков образцов. 

Впрочем, на тему различного хим. состава массива металла и сварочных швов можно сказать кое-что еще и без дополнительных экспериментов (которые, кстати, я все же провел уже после написания статьи. Но это разговор особый). Для начала скажу пару слов об «особой туземной закалке» лезвий из ржавых гвоздей. Вероятно, имеется в виду нитроцементация, которая проводилась разными способами – например, клинок либо долго томили в горячем порошке из жженых рогов и копыт, либо просто посыпали им раскаленное лезвие непосредственно при закалке. Металл насыщается одновременно углеродом и азотом, и твердость обработанного таким образом лезвия достигает запредельного показателя в 76 единиц по Роквеллу! Напомню, что и немецкий «гвоздевой Дамаск» имеет прямое отношение к копытам. Считалось, что железо подков и подковных гвоздей приобретает особую прочность от долгого контакта с лошадиным копытом. Вероятно, в ржавое железо из соков «живого» копыта проникают азотистые вещества, что действительно повышает прочность металла из такого сырья. 

Скажу и кое-что о гусином помете из «чеченского соуса». Как ни странно, но к нему некоторым образом имеет отношение легендарный Веланд – самый известный кузнец старой Европы. В легенде рассказывается, как перед поединком он несколько недель ковал свой меч, который получился столь острым, что рассекал плывущее по воде гусиное перышко. Однако мастер решил сделать меч еще лучше, для чего порубил клинок на мелкие кусочки и дал их проглотить гусям. Собрав помет этих гусей и отделив от него стальные опилки, Веланд сварил их в монолит и уже из этого «порошкового булата» изготовил клинок. Этот меч он положил на голову своего противника и просто разрезал его пополам вместе со шлемом и кольчугой. (Кажущаяся несколько странной «гусиная» обработка имеет на садам деле весьма реальное практическое значение. Как показали новейшие западные исследования, поверхность стальных частиц в гусиных желудках насыщается азотом.) 

Итак, помет водоплавающих птиц в «чеченском соусе» появился не случайно. Причем здесь Веланд? Если верить легенде, то этот сын короля финнов учился кузнечному делу у подземных карликов-гномов – и учился именно на Кавказе. Конечно, сказка ложь, да в ней намек – соответственно, добрым молодцам должен быть урок. 

 

Вот почему нарты держали своих коней 7 лет под землей в смеси лошадиной мочи и навоза. Вот почему Уархагу «засовывают палку в навоз». Вот почему Сослан находится какое-то время под землей, пока его не спасает Батрадз. Вот почему Урузмага, Хамыца и Сослана продержали 7 лет в курятнике, пока они не обрели свою полную силу. 

 

* * *
 

Прочитайте книги ваших «великих нартоведов» и вы поймете, что их писанина является сплошной демагогией. 

Ж. Дюмезиль. «Скифы и нарты». ХХ. Бычья шкура (стр. 205). 

В одном нартовском сказании, известном в многочисленных вариантах, осетинских и черкесских, герой Сослан (Созырыко, Сэусырыко) со своим войском безуспешно осаждает крепость врага, отказавшегося отдать за него сестру или дочь. Согласно осетинским вариантам, он получает неоценимую помощь, которая могла бы сказаться решающим образом, от мальчика, скатывающего с горы, что нависает над крепостью, огромные глыбы. Но, смертельно раненный, мальчик падает, а из-за злой проделки Сырдона Сослану не удается осуществить единственно возможный, волшебный способ спасти ребенка (пронести его за семь речек, не кладя на землю). Тогда Сослан отпускает войско и прибегает к хитрости: притворяется мертвым близ источника, из которого берут воду осажденные. После больших колебаний его противник выходит из крепости и приближается, чтобы увидеть мертвым своего лютого врага, в котором, согласно некоторым вариантам, уже копошатся черви. Сослан вскакивает и либо убивает, либо калечит неосторожного. 

И только в одном осетинском варианте к этой хитрой проделке добавляется небольшая деталь. Поняв, что Сырдон разыграл его и что юный союзник уже не воскреснет, «Сослан отпустил свои войска, а сам зарезал быка, выпотрошил и вошел внутрь как раз между июнем и июлем. Он лег на берегу глубокого ручья, из которого брали воду люди крепости Гори...» 

Эта деталь имела у современных толкователей необычный успех, в чем отчасти повинен я. Действительно, в одном из примечаний к книге «Локи» (1948 г.; немецкий перевод - 1959 г.), где собраны все рассказы о кознях Сырдона, я писал: 

«Думается, что речь идет, с одной стороны, о жертвоприношении в честь покойного, а с другой - об акте покаяния, самоунижения». 

И я отмечал, что день совершения поступка, приуроченного к летнему солнцестоянию, согласуется с разными солнечными чертами личности Сослана, в частности, с датой его годичного праздника (июнь или июль, по Вс. Миллеру) и убийством его Колесом Ойнона, прислужника «отца Иоанна» (...). 

Но самое оригинальное применение эти несколько строк нашли в 1963 г. На них основана интерпретация осетинского сказания, предложенная профессором В. И. Абаевым в его изобретательно аргументированной статье, суть которой ясна из самого ее названия: «Троянский конь, кавказские параллели» (AIEO, 1963, 2 6, novembre-decembre). Подобно тому, как греки из-за женщины осаждали Трою и не могли взять город силой, а Ахилл потерял при этом своего лучшего соратника и как в конце концов они добились успеха, прибегнув к хитрой проделке с «конем», внутрь которого забрался отряд воинов. Войско Сослана также осаждает крепость Хиза из-за женщины, не может взять твердыню силой. Сослан теряет при этом своего юного соратника и в конце концов обязан победой хитрости с лжетрупом, который, согласно варианту в Памятниках II, располагается внутри специально заколотого и выпотрошенного быка. 

Увлеченно развивая эту мысль, Абаев рассматривает и троянского коня, и бычью шкуру Сослана как фольклорные отголоски древней шаманской практики («облачение в шкуру животного»), переосмысленной и переориентированной в свете более поздних представлений, и так резюмирует урок, вынесенный из греческого эпоса и из осетинского сказания (с. 1055): «Магия сильнее оружия, и шаман сильнее воина». 

В данном случае внимание заслуживают не столько даже эти последовательные умозаключения, которые не лишены основательности, сколько именно деталь, отмеченная в варианте Памятников II, приписываемые ей значение и древность; ценность же остального будет зависеть от надежности этой отправной точки. 

Абаев считает, что второе применение этого мотива, ранее не имевшего параллелей, он обнаружил в одном абхазском сказании (с. 1047) - в варианте, который записали в 1945 г. он сам и знаток абхазского фольклора Ш. Д. Инал-Ипа. Речь идет о широко известном рассказе: чтобы взять крепость, которую безуспешно осаждают нарты, стальной герой нарт Патраз (ос. Батраз) заставляет выстрелить собою, как метательным снарядом, в стены или поверх их. Согласно этому записанному в 1945 г. варианту, в тот момент, когда нарты теряют надежду преуспеть в своем предприятии, появляется нарт Патраз. «Заверните меня в коровью шкуру и бросьте в крепость», - говорит он. Нарты облачают Патраза в коровью шкуру и запускают в крепость, как снаряд. Патраз сокрушает стены, и нарты овладевают крепостью. 

Два сближенных им текста Абаев комментирует так (с. 1051-1953): 

«Во всех случаях это переодевание в шкуру животного представляется совершенно бессмысленным. Зачем Патразу, которого собираются метнуть в крепость, надевать коровью шкуру? Может быть, для того, чтобы амортизировать удар? Но какая амортизация нужна стальному герою, закаленному в небесной кузнице? (...) Для чего Сослану надо было влезать в бычью шкуру? Чтобы изменить внешность? Но из текста ясно видно, что этим он никого не мог обмануть. Все прекрасно знали, что это Сослан, а не дохлый бык... Зачем нужна шкура быка тому, кто притворяется мертвым и хочет, чтобы все его видели и принимали за мертвеца? Чтобы сохранить этот мотив в такой явно бессмысленной ситуации, нужно, чтобы в сказителе жило твердое убеждение, что переодевание в шкуру животного было важным и неустранимым элементом рассказа... » 

 

Подчеркнув, что сказители, от которых записаны и осетинский, и абхазский варианты, числятся среди самых достойных доверия, автор добавляет: 

«Чем объясняется наш интерес к мотиву героя, одетого в шкуру животного? Скажем прямо: его бессмысленностью в данной ситуации. Мы убеждены, что за этой видимой абсурдностью есть скрытый смысл: signigicabile quia absurdum. Это не парадокс. Этнографам и фольклористам знакомы подобные явления: факт, абсурдный сегодня, оказывается пережитком целого, некогда имевшего определенный смысл... Задача этнолога и историка религий часто заключается в воссоздании исконного значения непонятных архаических элементов». 

 

Все это весьма продуманно и в основе своей верно. Но так ли уж рассматриваемая деталь «бессмысленна в данной ситуации» – словом, так ли она непонятна? Мне так перестало казаться. Когда Сослан закалывает быка и ложится в его шкуре летом - между июнем и июлем – это не жертвоприношение в честь покойника, не акт покаяния или самоунижения. Но это также и не ставшее бессмысленным воспоминание, не воскрешение шаманской практики переодевания животным. Причина гораздо проще. 

Сослан заклинает смерть. Почти во всех остальных осетинских вариантах он при этом ограничивается тем, что прикидывается «свежим мертвецом». Например: «он ложится в грязи, отбросив меч довольно далеко от себя»; или: «в траве густой лежит недвижно», копье его криво вонзилось в землю, и обнаженный меч «сиротливо брошен», щит, чуть дальше, а черный шлем - в воде. 

В черкесских вариантах нет этой подделки под мертвеца, которая под силу каждому. В них привносится элемент волшебства. «Он не только мертв, - говорит отцу дочь врага Сэусырыко в одном абадзехском варианте, - от него уже и дух идет дурной». В одном из кабардинских вариантов враг, явившийся посмотреть на мнимого мертвеца, говорит ему: «Ты лежишь в степи и гниешь». 

В более реалистическом шапсугском варианте женщины, которые пришли за водой и обнаружили мертвое тело, говорят: «Сэусырыко лежит там мертвый, близ источника, и в нем копошатся черви»; враг, приблизившись вслед за ними, чтобы оскорбить Сэусырыко, кричит: «Эй, колдун с кривыми ногами, в тебе черви копошатся!..» 

Эта разница между осетинским и черкесским описаниями станет понятной, если вспомнить, что у осетин Сослан (Созырыко) – только герой, тогда как у черкесов Сэусырыко помимо того и, быть может, даже более того еще и колдун, способный, в частности, придать себе любой вид, какой пожелает. 

Но подобно тому, как другое имя этого персонажа заимствовано осетинами у черкесов, мотив разлагающегося трупа также проник в некоторые осетинские варианты. Например, в «Нарты кадджытæ»: «Он растянулся близ источника, откуда жители брали воду, и прикинулся трупом, уже полным червей» (стр. 103). 

Но эта черта явного чародейства мало согласуется с характером осетинского героя. Вот почему в варианте, опубликованном в Памятниках II, который нас здесь занимает, сказитель хоть и упомянул о червях, но объяснил их присутствие так, что какое-либо чародейство исключается. Перечитаем указанное место с этой точки зрения, не отрывая его от контекста: 

«Сослан отпустил свои войска, а сам зарезал быка, выпотрошил его и вошел туда как раз между июнем и июлем. Он лег на берегу глубокого ручья, куда приходили за водой люди из крепости Гори. Труп быка весь зачервивел». 

И женщины, пришедшие за водой, дают своему хозяину такой отчет: 

«Сослан лежит мертвый под каким-то трупом быка, и его едят черви». 

Все ясно: Сослан, не владея приемами чародейства, все же хочет придать себе видимость трупа, в котором копошатся черви, иначе говоря, нуждается в «источнике» червей вне собственного тела. И вот он влезает в шкуру быка, которая под жарким солнцем начинает быстро разлагаться (отсюда - указание на время года: «между amistol и sosæn» – месяцы летнего солнцестояния), и таким образом, черви одновременно покрывают и мертвое, и живое. Женщины, пришедшие за водой, поддаются обману, во всяком случае, не различают: лжетруп предстает перед ними весь в червях, происхождение которых им и не приходит в голову уточнять. 

Следовательно, этот сюжет не только не сохраняет архаические, непонятные и, значит, абсурдные черты, но свидетельствует о поздней и единичной попытке рационально объяснить деталь, заимствованную из черкесской традиции и мало согласующуюся с чисто осетинской концепцией образа этого героя. 

Что же касается бычьей шкуры, в которую заворачивается Патраз в абхазском сказании, – не для заклинания смерти, но в момент, когда он превращает себя в метательный снаряд, - то и это объясняется вполне естественным образом: вопреки замечанию Абаева, шкура служит амортизатором. Доказательство тому - другой абхазский вариант, опубликованный почти одновременно со статьей в «Annales»: Цвиц - здесь он выступает двойником Патраза, - прежде чем заставить выстрелить собой по стенам вражеской крепости, предписывает Нартам: 

«Растопите пихтовую смолу и покройте меня ею густым слоем с ног до головы. Потом поднесите меня к крепости и перебросьте через стену, подобно суме дорожной... » 

Нарты делают так, как он говорит, – и вот результат, если смотреть из крепости: 

«Цвиц, весь покрытый смолой, полетел. Он упал на землю и смола предохранила его кости». 

Коровья шкура Патраза, безусловно, имеет то же назначение. Хотя у Патраза и стальное тело, которое не могут сокрушить ни оружие, ни камни, летящие со стен крепости, все же ясно сказано, что у него, как и у всех людей, есть «кости», позволяющие ему двигаться: и именно свои суставы, эти хрупкие механизмы, из какого бы вещества они ни были созданы - органического или минерального, - стремится он предохранить от удара, который может их разбить. Эффективность таких воображаемых амортизаторов можно, конечно, оспаривать, ссылаясь на баллистические расчеты. Однако сказители их принимают - и этого достаточно. 

Таким образом, эпизоды с Батразом и Сосланом-Созырыко нельзя сопоставлять: первого бычья шкура предохраняет от механических ударов, второму же она облегчает обман, поскольку, разлагаясь от солнечного тепла, поставляет червей. 

И, однако, это простодушие пришедших за водой женщин и их хозяина удивляет: разве так трудно было сразу же разглядеть, откуда ползут черви? Да и разве сама шкура быка не должна была внушить им подозрение? 

 

* * *
 

Да, Дюмезиля бы Сослан не обманул! Так в чем же смысл такого глупого поведения Сослана? Думаю, что внимательный читатель уже догадался, о чем идет речь. 

1. Вспомните о «кровавом» методе укрепления стали из первой книги. Поэтому Сослан влезает в тушу быка. 

2. Почему действие происходит на берегу глубокого ручья? Это идеальное место для развития трупных червей. Солнце их не выжигает, да и влажность воздуха высокая. 

3. Почему между июнем и июлем? Это самое жаркое время года, что тоже соответствует идеальному развитию червей. 

Вспомните, как соки «живого» копыта укрепляют гвозди подков. Вспомните, как укрепляется стальной порошок, проходя через пищевод птицы. 

Кровь быка и слизь, которую выделяют черви, укрепляют сталь, проникая в нее. Иного объяснения нет, и это можно легко доказать. 

Взять пластины стали с разным содержанием углерода, повторить глупое поведение Сослана и измерить твердость этих пластин до и после проведения опыта. 

В моих планах на будущее – кузница-лаборатория. Пока я чем-то конкретным не докажу, что все это реальность, наши ученые упорно будут делать из истины гипотезу, а из наших предков – глупых фантазеров, и наши дети навсегда останутся потомками... (æнусмæ фыдвæдæй баззайдзысты). 

Это даже не истина, это аксиома. Если бы я хоть на мгновение подумал, что это гипотеза – не подошел бы к «Нартскому эпосу» даже на «пушечный выстрел». «Ученые нартоведы» хотят поставить истину рядом со своими гипотезами. Кто им мешает? Пусть выступят против меня открыто и сделают из аксиомы гипотезу, тогда вы получите тот уникальный материал, который я припас для них, и поймете «кто есть кто в Нартском эпосе». 

Кому-то могут показаться мои слова слишком резкими. Согласен! Но у меня нет другого выхода, потому что их стараниями, не говоря об отце, шестой год топчусь на месте. Сколько времени потрачено зря! «Один в поле не воин». Ирон адæм, покажите мне одного человека, которому поможете раньше меня! 

В нашем эпосе спрятан уникальный материал для современной металлургии, потому что она построена на древней, вернее, на том, что о ней знают, а знают почти ничего. 

Небольшой пример: 

Ю. Г. Гуревич. Загадка булатного узора» (стр. 25): 

«Лучшей на Кавказе считалась шашка гурда. С ней можно было вступать в бой с противником, закованным в латы. О сказочных качествах гурды красноречиво рассказывает старинная легенда: Один горец научился ковать чудо-шашку. Но вот прослышал он, что живет на свете другой такой же мастер. Захотелось ему испытать, чей клинок крепче. Встретились кузнецы, выхватили шашки. «Смотри, "гурда"», — крикнул первый и ударил по шашке соперника. Перерубил булат, а вместе с ним и мастера». Гурда до нас дошла лишь в отдельных экземплярах и сегодня является музейной редкостью. 

Не меньшей славой пользовалось оружие старого кумыцкого мастера Басалая и его многочисленных потомков в Дагестане. Изготовленные ими кинжалы так и назывались «басалаи». Утверждали, что их лезвием можно было высечь из камня искру, а потом побриться. 

Необычный сварочный булат найден в прибалтийском бассейне. На лезвие средневековых мечей выводили нетвердую стальную, а мягкую полоску железа и только после нее делали твердое острие. Долго металлурги не могли понять, зачем это делалось... Объяснение такой конструкции средневековых мечей дал профессор из Владимирского политехнического института Г. П. Иванов. 

Однажды адмирал С. О. Макаров присутствовал на полигоне при испытании броневых плит, цементованных и закаленных по методу Гарвея. Плиты эти на поверхности имели большое содержание углерода, и после закалки поверхность плиты приобретала высокую твердость. Однако по мере углубления содержание углерода уменьшалось, и материал становился мягче и мягче. 

При испытаниях по недосмотру одну из броневых плит установили к орудию обратной, мягкой стороной. Началась стрельба, и снаряды без труда пробивали плиту, считавшуюся неуязвимой. Случай этот произошел на глазах у многих специалистов, но правильный вывод сделал только адмирал Макаров.  

«Если закаленную поверхность плиты легко пробить с обратной стороны, – подумал адмирал, - то нельзя ли эту самую «изнанку» насадить на головную часть снаряда?» «Макаровские» мягкие колпачки на броневых снарядах насквозь прошивали гарвеевскую броню... Так не для того ли, чтобы пробивать стальные латы противника, древние кузнецы нашивали мягкую полоску стали на закаленное очень твердое лезвие средневекового меча?» 

В «Нартском эпосе» есть и такой персонаж. Оставим его на будущее, до тех пор, пока не найду его в архиве. 

Рано или поздно к этой теме придется вернуться не только осетинам, но и металлургам. На сегодняшний день для того, чтобы добиться легендарных свойств булата, приходится добавлять в сталь легирующие, дорогостоящие материалы, которых становится все меньше. А булат - только сплав железа и углерода. 

Из интернета. В. П. Борзунов (И.М. им. В. И. Ленина), В. А. Щербаков (МИСиС). 

«Индийский вутц, дамасская сталь, русский булат - легендарные композиты прошлого. Теоретические аспекты формирования уникальной гармонии эксплуатационных свойств и пути их воспроизведения». 

«Попытки разгадать технологию производства булатной стали и осмыслить природу ее уникальных свойств были, и работы в этой области продолжаются. Однако существуют оценки, ставящие под сомнение современную ценность булата, логика которых сводится к следующему: «...холодное оружие давно потеряло ценность, а с ним ушли в прошлое и булаты,... а в сравнении с высокопрочными и вязкими легированными сталями булат не представляет собой ничего выдающегося». Так ли это? Позволило ли легирование стали реализовать весь комплекс уникальных свойств композита, обусловленных наличием волокон в соответствующей матрице? Даже если не принимать во внимание экономический аспект, обусловленный использованием дорогостоящих легирующих добавок, отказ от композита типа булатной стали является преждевременным. Сущность секретов булатной стали так долго не раскрывалась человеку, что появление легированных сталей, а затем и порошковых сплавов с высокими и принципиально новыми свойствами материала привело, на наш взгляд, к незаслуженному, хотя и понятному охлаждению научного интереса к булатной стали и композитам этого типа. Лишь сегодня, когда начали возникать проблемы с легирующими добавками, а изученность возможностей легирования сталей достигла очень высокого уровня, когда большее внимание уделяется экономическим аспектам и происходит интенсивное успешное развитие композитов в целом, возвращается научный интерес к забытой, не оцененной до конца технологии производства булата... » 

«...Американские специалисты предполагают, что сверхпластичные стали произведут такой же впечатляющий переворот в промышленном производстве, какой вызвали в свое время алюминий и титан. Сверхпластичные стали особенно эффективны в аэрокосмической промышленности. Отсутствие в булате легирующих добавок, позволяющее прогнозировать высокую экономическую эффективность от его использования, служит дополнительным стимулом к разгадке тайн этого древнего композита. Продолжая исследования сверхвысокоуглеродистых сталей, стенфордская исследовательская группа недавно разработала новый процесс, позволяющий опробовать сверхпластичные стали в промышленном производстве. По мнению ученых, сверхпластичная сталь может дать значительную экономию в любой сложной конструкции, и общее мнение состоит в том, что если можно изготовить из такой стали дешевую шестерню, то из нее можно делать что угодно. За последние несколько лет на изделия из сверхпластичных металлов были выданы сотни патентов, и перечень их непрерывно пополняется. Замалчивание факта, что как у нас в стране, так и за рубежом, еще не могут воспроизвести лучшие сорта булата, например, кара-табан, принесшие заслуженную славу в XIX веке русскому металлургу П. П. Аносову, дезориентирует людей и научные коллективы, желающие приложить свои силы в решении этой важной проблемы. Появление противоречивых публикаций о разработке технологии получения литого булата способствует тому же. Действительно, при ознакомлении с результатами исследований как-то не возникает уверенности в сколь-нибудь полном раскрытии тайны булата, да и авторы исследований не спешат со столь обязывающим заявлением... » 

«...Сегодня, когда мы знаем, что проблемой получения дамасской стали интересуются практически во всех развитых странах, что в производстве композиционных материалов в целом мы уже начали отставать, а в США интенсивно ищут разгадки дамасской стали и, надо думать, с использованием не худшей, чем у нас, материальной базы, необходимо определяться в вопросе перспективности производимых исследований булатной стали». 

Эта статья была напечатана в советские времена, но уверяю вас, если что-то и сдвинулось, то незначительно, потому что ложные булаты, т.е. подделки, были и в древние времена. 

Копаясь в работах отца, я нашел вырезку из газеты, правда, не знаю, кем и когда она была выпущена. 

В. Рощаховский. «Тайна дамасской стали»: 

«Понятие «дамасская сталь» имеет несколько противоречивое толкование. Иногда ее отождествляют с булатом (углеродистой сталью со своеобразной структурой и узорчатой поверхностью), который известен высокой твердостью и упругостью. Другие специалисты называют так сталь, полученную кузнечной сваркой сплетенных в жгут стальных полос или проволок с разным содержанием углерода. Но достовернее другое: это была идеальная сталь для изготовления холодного оружия. 

По преданиям, одним из первых, кто успешно использовал оружие из дамасской стали, был Александр Македонский. Позже, в течение многих веков, легендарными саблями из Дамаска вооружались армии арабских стран и стран Юго-Восточной Европы и Азии. На Западе издавна делались попытки ковать клинки такого же качества, но безрезультатно. И если в каком-либо поединке сходились закованный в латы рыцарь и воин на арабском скакуне и они скрещивали клинки, то сабля из дамасской стали при первом же удачном ударе перерезала рыцарский меч. 

Поэтому западные оружейники прилагали немало усилий, чтобы выведать тайну дамасской стали. Со временем им удалось выяснить, что полуобработанная сталь поступает на Ближний Восток из Индии. Хитростями европейские оружейники заполучили образцы нужной индийской стали, но довести ее до кондиции так и не смогли. Многие ученые последующих веков штурмовали эту тайну. Иногда, бывало, попутно делались другие открытия. Например, английский физик Майкл Фарадей после упорных поисков метода получения дамасской стали открыл способ изготовления нержавейки. 

Несколько лет назад два ученых из Стенфордского университета в США, работавшие над новым видом сверхпластичного материала, заявили, что раскрыли тайну дамасской стали. По их словам, многие поколения металлургов считали, что секрет прочности дамасских клинков в технике охлаждения при закалке. А на самом деле, мол, отгадка в высоком содержании углерода и в температуре закалки. Европейские металлурги обрабатывали сталь при температуре 1300°С, а дамасскую сталь, утверждают ученые из США, надо обрабатывать при температуре значительно ниже. 

Тогда это прозвучало сенсацией, но... Но обещанная демонстрация отличных качеств «новой» дамасской стали не состоялась. В чем дело? В печати строились разные догадки: кто считал, что метод получения «новой» стали засекречен, а кто вообще скептически отнесся к сенсации - действительно ли был разгадан старинный секрет? 

И вот новое сообщение. Пять лет назад за тайну дамасской стали взялась группа специалистов западногерманского концерна Круппа. Было заявлено, что будет создан новый оружейный сплав, не уступающий дамасской стали. Увы, успех был минимален: если дамасский клинок с легкостью рассекает стальную военную каску, то сабля из крупповского «варианта» при аналогичной силе удара оставляет на каске лишь глубокую царапину. 

Наш эпос нужно не просто изучать, а разрабатывать, причем на государственном уровне. 

 

П. П. Аносов. «О булатах». 

«Если мои опыты и увенчались успехом, то этот успех принадлежит не мне, а правительству: оно, дав направление моей службе, наделило и средствами к исследованиям. Этого мало, оно готовило меня к успеху другими пособиями: награды при малейших успехах по службе и милостивое одобрение при неудачах постоянно поддерживали пламенное усердие к достижению предположенной цели. 

Россия, богатая железными рудами различного свойства, не бедна и искусными руками: ей недоставало только совершенства в общеупотребительном материале — в стали, а это есть булат». 

«Оканчиваю сочинение надеждою, что скоро наши воины вооружатся булатными мечами, наши земледельцы будут обрабатывать землю булатными орудиями, наши ремесленники выделывать свои изделия булатными инструментами; одним словом, я убежден, что с распространением способов приготовления и обработки булатов, они вытеснят из употребления всякого рода сталь, употребляемую ныне на приготовление изделий, требующих особенной остроты и стойкости». 

И я пишу в надежде, что эти строки «дойдут» до адресата. 

 

* * *
 

С тех пор, как вышла первая книга, я не имел возможности посещать архив, понимая, что редкие посещения ничего не дадут. В него надо окунуться с головой. Добившись права посещать архив, первое время у меня не было разрешения выписывать, я мог только читать. Там было много интересного, и придется перелопатить кучу сказаний снова, а на это нужно время. 

А пока разберем сказание «Женитьба Хамыца» из книги. Когда найду его в архиве, обязательно что-то добавлю, а пока... 

Коротко о главном. 

 

«Хæмыц ус куыд ракуырдта»
 

Хамыц пошел на охоту и только к вечеру встретил на одной поляне пасущееся стадо оленей. Среди них один белый. «Бог мне дал», - сказал он и прицелился в белого оленя. Только хотел выстрелить, как загрохотали ущелья (кæмттæ ныццарыдтой). Олени разбежались, а белый остался лежать. Удивился Хамыц: «Кругом ни облачка, так как же это может быть ударом молнии?! Кто-то другой его убил, но даже близко никого не видно!» («Мигъ дæр куы никуы ис, уæд арвы цæф дæр куыд уыдзæн?! Æндæр исчи йæ амара, æмæ адæймаг змæлæг дæр куы никуыцæй зыны!»). Вдруг из дальней стороны леса (хъæдбынæй) появился маленький мальчик, подбежал к убитому оленю, зарезал его и стал сдирать шкуру. Когда он ободрал одну сторону, Хамыц подумал: «Горе твоему очагу! – кто перевернет тебе его на другой бок? Если Богу будет угодно, убитый олень достанется мне». Но видит, мальчик перевернул его как бабочку. «Этот бедовый парень (бæллæхы гуырд) не просто рожден», – подумал Хамыц, собрал палочки, подошел к мальчику, и по обычаю охотников бросил их на оленя». 

 

Прервемся. Что это могло быть, если не выстрел? А если выстрел, то это было не так давно! Далее вы поймете, почему я об этом говорю. 

 

«Стали они охотиться вместе. Мальчик убил огромное количество зверей, а Хамыц ни одного. Разделив добычу таким образом, что Хамыцу досталось две трети, мальчик взвалил свою долю на плечо, как клубок хмеля, и пошел домой. 

«Если Нарты спросят, с кем я охотился, что я отвечу?» - подумал Хамыц и догнал мальчика. 

«Прости, что даже не спросил тебя, кто ты и из чьей фамилии». 

(Теперь будьте внимательны. Разве такое можно придумать, взять с потолка? Ведь должен быть смысл в этой бессмыслице). 

- ÆЗ дæн, – зæгъгæ загъта гыццыл лæг, - Донбеттыртæй равзæргæ, мæ мыггаг - Быцентæй; цæрæм зæххы бын. 

- Уæдæ ма дын иу ныхас зæгъын; чысыл уæвгæйæ ахæм хъаруджын чи у, уыдонæй мæ стæггаг куы уаид, уый мæ фæнды. 

- Хорз уаид - мах дæр фæнды, Нартимæ хæстæджиуæг куы кæниккам, уый. Фæлæ хъуыдтаг афтæ у: мах стæм кæрзмаст, цыбырхъуыр, лыстæг мыггаг - нæ бæрзæнд у дыууæ уыдисны, нæ уæрх та уымæй къаддæр. Тых æмæ нæ лæджыхъæдæй æвзарын нæ хъæуы. Ис мын иу хо, æмæ дын æй бæргæ раттиккам, фæлæ сымах стут фидисгæнаг; мах та фидисæй рынчын кæнæм, уайдзæфæй – мæлгæ. Тæрсын, йæ бавæрын дæ бон куы нæ бауа! 

- Дæтгæ мын æй ракæнут, йæ бавæрын – ме 'вджид, - загъта Хæмыц. 

«- Я, - сказал маленький мужчина, - произошел от Донбеттыров, фамилии – Быцента; живем под землей. 

- Скажу тебе тогда еще слово; я бы хотел, чтобы от таких маленьких и сильных, был бы у меня материал для костей. 

- Хорошо было бы – мы тоже хотим породниться с Нартами. Но дело вот в чем: мы очень горькие (кæрзмаст), с коротким горлом (цыбырхъуыр), мелкой фамилии - ростом в два уыдишна (дисны - устаревшая единица измерения длины, равная расстоянию от большого пальца до мизинца растянутой кисти руки. Примерно 40 см), в ширину и того меньше. На силу и мужество нас проверять не надо. Есть у меня одна сестра, отдали бы мы ее тебе, но вы злословные; мы от злословия болеем, от укора - умираем. Боюсь, что ты не сможешь ее вложить (бавæрын). 

- Отдайте ее мне, а как ее вложить - моя забота, - сказал Хамыц». 

 

Для чего Хамыцу материал для костей (стæгкаг)? Хæмыц-чугун, он хрупкий, от удара рассыпается, как стекло. Нужен материал, который надо правильно вложить, вложить в нужное место в печь для того, чтобы забрать излишки углерода и превратить его «потомство» в сталь. 

Что же это за материал - очень горький на вкус, с коротким горлом, сантиметров сорок, в ширину еще меньше. Не надо проверять на силу и мужество - т.е. что-то мягкое. То, что от злословия - болеет, а от укоризны - умирает (логичнее, если бы это было наоборот). 

Здесь явно прослеживается сленг древних металлургов, которым изобилует эпос и который понятен только им, потому что передавался от отца к сыну, из поколения в поколение, из уст в уста. 

Но он разгадываем, и вы скоро это поймете. Они специально назвали процессы и превращения, происходящие с железом в печи такими словами, чтобы на них можно было построить сказания. 

Представляю разговор двух металлургов во время работы: 

- Уæд та йæм бафидис кæнæм? 

- Нæ, уæд фæрынчын уыдзæн! 

- Уæд та уайдзæф? 

- Нæ, уæд мæлгæ кæндзæн! 

- Может злословием? 

- Нет, тогда он заболеет! 

- А если укором? 

- Тогда умрет! 

Почему Хамыц просит отдать ее, а там он сам разберется? Главное, чтобы оно было, а там методом проб можно найти место, куда его нужно вложить! Главное, знать, что это и чтобы оно было. 

Идем дальше... 

Мальчик согласился и назначил время встречи. 

- Где вас искать, где вы живете? - спросил Хамыц. 

- Раст-иу мæ фæд – мæ фæд рацу: æз мæ цирхъ фæрсмæ дардзынæн æмæ саугъæды мидæг хъæууынджы хуызæн кæндзы-нæн; быдырмæ куы ахизон, уæд та мæ иу къах зæххыл ласдзынæн æмæ ауæдзгæнгæ цæудзынæн суанг мæлдзыджыты губаччы онг. Гъеум, зæххы бын – нæ хæдзар. 

- Пойдешь по моим следам: я свой обоюдоострый топор буду держать боком и делать в лесу просеку. Когда выйду на равнину, стану волочить за собой одну ногу и делать борозду вплоть до муравьиной кучи. Там под землей мы живем. 

Когда настало время, Хамыц собрал лучших из нартов, и они отправились за невестой по следам мальчика. Дойдя до муравьиной кучи, остановились. Только спешились, из-под муравьиной кучи выпрыгнула молодежь Быцента, взяли у них бурки и оружие и занесли под землю. После открыли им дверь и вместе с конями завели туда. 

Прежде, чем продолжить, давайте опять включим свое воображение и попробуем проделать этот путь в обратном направлении. Представим, что муравьиная куча - это насыпь, под которой в шахтах что-то добывали. Построили дорогу до леса (борозда), прорубили просеку в лесу и свозили туда, где нашли железную руду, и у горных рек построили кузницы и металлургические печи. Сколько труда нужно было вложить для того, чтобы вооружить войско? 

«- Хæрд æмæ нозт куыннæ сцæттæ кодтаиккой æмæ сæ уазджытыл куыннæ бацин кодтаиккой Быцентæ! 

Сослан къухылхæцæг уыди, æмæ иу афон бар ракуырдта, мæ хойы фенон, зæгъгæ. Рацыдис уатмæ. Уым амæй ай расугъддæр чызджытæ рæнхъ лæууынц. Арфæ сын ракодта Сослан, стæй фæрсы: 

- Адонæй мæ хо кæцы у? 

- Адонæй ничи у, - зæгъгæ загътой Сосланæн, - дæ хо уартæ хуысгæ кæны. 

- Хъазгæ мæ кæнут, - дзуры сæм Сослан, - фæлæ дзы мæ чындз чи у ацы чызджытæй, уый мын зæгъут. 

- Мæнæ дæ чындз, – зæгъгæ, – æмæ йæм гобæтты 'хсæнæй хæфс фелвæстой. 

Исдугмæ хъазын æнхъæл уыд Сослан, фæлæ йæ куы баууæндын кодтой, сæ чындзыл æцæг хæфсы цъар ис, зæгъгæ, ууыл, уæд æддæмæ рауади æмæ йе 'мбæлттæм хъæрæй дзуры: 

- Хæмыц нырмæ дæр æнæ усæй уымæн баззади, æмæ хынджылæггаг уыди; ныр Нарты хæрзæджыты дæр фæхудинаг кодта. Алчи уæ йæ бæхыл абадæд, æмæ цом нæ хæдзæрттæм!» 

 

«- Как могли Быцента не приготовить еду и питье и не порадоваться своим гостям. 

Сослан был шафером, и в одно время отпросился под предлогом увидеть свою сестру. Вошел в комнату. Там, одна краше другой, в ряд стоят девушки. Поблагодарил их Сослан и спросил: 

- Которая из них моя сестра? 

- Из них никто, - ответили Сослану, - твоя сестра лежит вон там. 

- Не надо шутить, - говорит им Сослан, - скажите, которая из этих девушек наша невеста. 

- Вот ваша невеста, - сказали, - и выхватили между матрасами лягушку. 

Некоторое время Сослан думал, что они шутят, но когда его убедили в том, что на невесте настоящая кожа лягушки, выбежал наружу и крикнул своим друзьям: 

- Хамыц до сих пор был без жены, потому что был посмешищем; теперь чуть не опозорил лучших из Нартов. Пусть каждый садится на своего коня и едет домой!» 

 

Что же это за лягушка, на которой хотят женить Хамыца? Абаев видит в ней царевну-лягушку из русских народных сказок. Но в сказании ясно сказано, что это не лягушка, на ней кожа лягушки. Почему ее пришли сватать, а она беспечно лежит между матрасами? Вспомните Урузмага-собаку, когда ему постелили матрас и накрыли одеялом. Это тоже подсказка, ведь Хæмыцу надо вложить ее в нужное место. 

 

«- Нарты чындзхæсджытæ сæхимæ араст сты. Хæмыц баззад се 'ппæты фæстæ. Быцентæ бавдæлдысты æмæ йын йæ саргъы къуыдырæй æфтаугæты æхсæн цæвæрдтой уыцы хæфсы, æмæ афтæмæй æнкъардæй рараст кодта Хæмыц дæр сæхимæ. 

Сваты отправились домой. Хæмыц остался самым последним. Быцентæ взялись и сами вложили ему эту лягушку между лукой седла и попоной, и он грустный отправился домой. 

 

Далее Хамыц добрался до дома, расседлал коня и с поникшей головой, опечаленный, занес седло в дом, бросил в угол и озлобленный лег на свою кровать. Когда Хамыц уснул, лягушка вылезла из седла и превратилась в девушку небесной красоты. Ее волосы рассыпались по плечам и доставали до щиколоток, и от их света засветился дом, словно на потолке появилось солнце. 

Хамыц проснулся и говорит девушке: 

- Ты ангел или дух? 

- Не ангел и не дух, я та девушка, которую ты сосватал у Быцента. Днем мне нельзя вылезать из кожи лягушки, а ночью – усидеть в ней. 

- Тогда ложись в свою кровать. 

- Я спать не лягу, - говорит девушка, - лучше покажи, какие вещи, как жених, ты собрал с молодости до старости. 

Хамыц встал с постели и открыл сундук. Как могло не оказаться у него в сундуке хорошего материала и шерстяной ткани, которые он собирал с молодости. 

Девушка взяла ножницы и стала кроить ткань, и с вечера до утра выкроила и сшила (фæлыст - наряды) для сотни людей. Вторую ночь также. Когда приготовила одежду для двух сотен людей, говорит Хамыцу: 

- Теперь возьми и раздай их Нартам, лучшее тем, кто беднее. Не бойся того, что больше не будет, к чему я прикоснусь, то неистощимо. 

Как ему сказала девушка, так он и поступил. Откуда у Хамыца такая одежда, удивлялись Нарты. 

Попробуем разобраться. Быцента сами вложили ее в нужное место, между лукой седла и попоной (это тоже сленг, вы помните, что печь внутри выкладывалась слоями). Действие как всегда происходит ночью и, когда разгорелся огонь (дом засветился), она вылезла и стала готовить нарядную одежду (булатный узор). 

Почему у Хамыца с юности до старости собралось много материала? Потому что из чугуна очень долгое время ничего не умели делать и выбрасывали. Он скапливался около печей, его даже зарывали в землю, чтобы он не мешал. Но когда научились из чугуна делать сталь, убирая излишки углерода, начали выкапывать и переплавлять. 

«Сшить» за две ночи одежду для двух сотен людей? Не слишком ли много? 

М. Беккерт. «Железо. Факты и легенды» (стр. 70): 

«Кусковые» печи использовали и в Альпах. Крицу здесь называли «масс». Маленькая «масс» весила 30—40 килограммов, большая — до 125. Манипулировать раскаленным куском железа такой величины было непросто». 

Почему, кто беднее, тому одежду дают получше? Чем хуже меч, тем лучшую сталь нужно наварить на него в режущей части. 

Почему то, к чему она прикоснется, - неистощимо? Потому что такая сталь не ржавеет и не портится. Булатное оружие, хранящееся в музеях и частных коллекциях, дошло до нас не изменив своих качеств. 

 

 

* * *
 

Конечно, мы пока что поверхностно коснулись тайн древних оружейников. Дальше – больше! Не думайте, что на этом тема исчерпана. Все только начинается. Признаюсь, что-то я упускаю или скрываю намеренно. Что-то нужно доработать, а чему-то еще не время. 

Как только у меня появится возможность, начну поиск того места, где живут Быцента. Даже если я его не найду – оно есть, потому что в эпосе все реально. Сказания связаны друг с другом так, что подсказки, где искать, находятся в других местах эпоса. А пока что пусть это будет моей маленькой тайной! 

Давайте в подтверждение того, что Нартский эпос и древняя металлургия единое целое, возьмем отрывки из трех разных сказаний и попробуем разобраться в этих «глупостях» с помощью великого русского металлурга Аносова. 

Сказание «Урузмаг и Алдан-маликк». 

«Уæрхæг зæгъы: 

- Уырызмæджы нуæртты сой зилы туджы бæсты. Уый уазалы дæр нæ фæтæрсдзæн, уый тæвды дæр бафæраздзæн, нæ фæтæрсдзæн уарынæй дæр». 

«Уархаг сказал: 

- В жилах Урузмага вместо крови течет жир (сало), он не испугается холода, не побоится жары, не испугается и дождя». 

 

«Дауджыты лæвæрттæ Сосланæн». 

- Сафа, дæ лымæн Сосланмæ Ахсæртæггкаты туг ис, - загътой дауджытæ. 

- О, Ахсæртæггаты стыр мыггаг тыхджын у, ницæмæй тæрсы, хæстмондагæй цъæх арт уадзы. 

«Подарки покровителей Сослану». 

- Сафа, у твоего друга Сослана кровь Ахсартагката, - сказали покровители. 

- Да, большая фамилия Ахсартагката сильна, ничего не боится, испускает синее пламя, желая войны. 

 

«Ацæмæз æмæ Насран-æлдар». 

Æртыккаг хатт та фесхъиудта Мысыры æлдар. 

- Цы кæныс, цæмæн æнæхуыссæг кæныс дæхи? 

- Уыцы лæппу мын цыма мемæ райгуыргæ кард мæ нывæрзæнæй райста æмæ мын мæ хурх ныллыг кодта мæ сынтæджы къухыл, æмæ хæдзар туджы уылæнтæ ссис.  

«Ацамаз и Насран-алдар». 

Третий раз проснулся Мысыры алдар. 

- Что с тобой, почему ты не спишь? 

- Приснилось, будто тот мальчик взял из-под изголовья меч, рожденный вместе со мною, перерезал мне горло на ручке кровати, и дом наполнился волнами крови. 

Как объяснить? 

У Урузмага вместо крови по жилам течет жир (сало)? Ахсартагката испускают синее пламя? Мысыры алдар родился вместе с мечом? 

Только с помощью металлургии. 

П. П. Аносов. «О булатах»: 

«Оружие всякого рода достаточно закаливать в сале, предварительно нагретом почти до точки кипения; ибо дознано из опытов, что в горячем сале закалка бывает тверже; в сем случае сало, имея более жидкости и скорее обращаясь около погруженной в него накаленной вещи, скорее ее охлаждает. Нагрев откованную вещь докрасна, погружают ее в горячее сало и, дав ей время остыть, вынимают, обтирают и с одной стороны вычищают точильным камнем для удобнейшего наблюдения за цветом отпуска. Потом снова немного нагревают над углями и наблюдают за появлением цветов, например, при закалке сабельного клинка, у ручки отпускают до зеленого цвета, у конца до синего, а в середине до фиолетового, стараясь, чтобы на месте удара у лезвия оставался желтый цвет. Клинок, таким образом отпущенный, выправляется острым молотком и еще горячий погружается в холодную воду. Подобным образом закаливается всякое булатное оружие. Но если хотят вместо наибольшей стойкости придать оружию наибольшую упругость, то в таком случае отпуск делается ровный как в середине, так и в конце клинка синего цвета. Для увеличения твердости лезвия полезно саблю по лезвию обтирать пилою; ибо вообще тонкая вещь тверже закаливается, нежели толстая. Некоторые булатные инструменты и бритвы закаливаются в воде, подобно стальным». 

Вот почему у Урузмага вместо крови по жилам течет сало и он не испугается ни холода (Хорезмский ученый Ал-Бируни писал: «Русы выделывали свои мечи из шапуркана (сталь), а долы посредине их из нармохана (железо), чтобы придать им прочность при ударе, предотвратить их хрупкость. Ал-фулад (сталь) не выносит холода их зим и ломается при ударе»), не испугается высокой температуры (если оружие перегреть, оно теряет свои качества). Почему он не испугается дождя, которого не боятся и дети? Потому что не ржавеет. 

Почему Ахсартагката испускают синее пламя? Наши предки иносказательно передают нам температуру отпуска булатной стали. Уадзын – отпускать. Вы помните из первой книги, как меняет цвет сталь, в зависимости от температуры нагрева. Синий цвет равен приблизительно 300°С (светло синий - 320°С, темно-синий - 300°С, фиолетовый - 285°С). 

«Отпуск - нагрев сталей после закалки с целью уменьшения их хрупкости. Температуры отпуска различных сталей составляют от 120 до 650°С». 

После закалки сталь становится жесткой и хрупкой, и для того, чтобы придать ей пластичность и вязкость, ее необходимо нагреть ниже температуры фазовых превращений и медленно охладить. Есть сведения о том, что булатное оружие носили вместо пояса, и в нужный момент, отстегнув гибкий пояс (ножны), пряжкой которого была рукоятка, оно выпрямлялось в струну без остаточных явлений. 

Что же это за Мысыры алдар, родившийся с мечом. Мысыры алдар, как и Ацамаз, является оружием. Раньше в комплект к мечу делали кинжал меньшего размера из той же стали. Из опытов П. П. Аносова видно, что тонкая вещь закаливается лучше, поэтому кинжал тверже меча и поэтому Ацамаз перерезает горло алдару мечом, рожденным вместе с ним. 

Наши ученые обвиняют меня в том, что я приписываю создателям эпоса те знания, которыми они не обладали. Один из них сказал мне: 

- Читал я твою книгу! Ничего научного в ней нет! Наши предки, что такое ртуть, – знать не знали! 

С. И. Венецкий. «В мире металлов» (стр. 14): 

«В Средней Азии разрабатывались и другие месторождения ртути. Так, например, надписи во дворце древнеперсидских царей ахеманидов (VI—IVвека до н.э.) в Сузах говорят о том, что киноварь, которую в те времена использовали главным образом как краситель, доставляли сюда с Зерафшанских гор, расположенных на территории современных республик Таджикистана и Узбекистана. По-видимому, ртуть добывали здесь еще в середине первого тысячелетия до н.э.». 

Во всем мире знали, что такое ртуть, а наши предки понятия не имели. 

А если бы я спросил у него, знали ли они, что такое фосфор? 

 

Из сказания «Бедзенæджы фырт чысыл Арæхдзау». Сослан загъта: 

- Уæдæ ма мæм иу лæвар ис. 

- Уый та дын циу? 

- Мæ карды сæр - мæ хъуымбылæг. 

- Æмæ дын æм цы миниуæг ис? 

- Хуыцау, зæхх - ме 'вдисæн, сау мæйдар æхсæв мæ быдыры астæу куы æрæййафы, уæд уый рухсмæ мæ хæдзармæ сфардæг вæййын. 

- Гъæ, уæууæй, Сослан, ды Нæртон лæг нæ дæ, уыдон диссæгтæ кæмæ кæсынц! Махæн нæ фыстæ æрæгмæ куы 'рцæуынц, уæд нæ чындзытæ сæ къæртатыл ахæмтæ бакæнынц фыстæ дуцгæйæ, мæйдары. 

«Сын Бедзенага маленький Арахдзау». Сослан сказал: 

- Тогда есть у меня еще подарок. 

- Что это такое? 

- Навершие рукоятки моего меча. 

- Каким свойством оно обладает? 

- Бог, земля - мои свидетели. Если темная, безлунная ночь застигнет меня в середине степи, то с помощью его света я нахожу дорогу домой. 

- Эх, Сослан, ты не из мужей Нартов, если тебе это кажется удивительным. Когда наши овцы задерживаются на пастбище, в безлунную ночь наши невесты надевают их (навершия) на свои ведра и доят овец». 

Это тоже фантазия наших предков? Что это может быть, кроме фосфора? 

 

* * *
 

Кто из «нартоведов» скажет, что основные герои эпоса не стальные? Кто из них ответит на вопрос, почему Батрадз родился выше пояса стальным, а ниже – булатным? 

П. П. Аносов. «О булатах»: 

«Не бывший в ковке сплавок богаче узорами на дне, нежели вверху. Но как всякая литая сталь, взятая от нижнего конца, бывает лучше верхнего, разумея положение ее в форме, то из этого следует, что узор может служить признаком доброты стали». 

«Уже первый опыт увенчался большим успехом, нежели все предшествовавшие. По проковке сплавка в полосу на нижнем конце ее обнаружились узоры настоящего булата, а по мере приближения к верху они становились реже и неправильнее. Из нижнего конца этой половы приготовлен первый булатный клинок, называемый хорасаном, которого узоры к концу становились хуже». 

 

Н. А. Мезенин. «Занимательно о железе» (стр. 43): «Да, Индия была родиной булата. Отсюда в восточные страны ввозили вутцы — «хлебцы» из стали. Они имели вид плоской лепешки диаметром около 12,5 сантиметра, толщиной 0,25 сантиметра и массой около 900 граммов. Каждый такой «хлебец» разрубали пополам на равные части, чтобы покупатель мог рассмотреть строение металла». 

 

Хочу предложить гипотезу! Возможно, древние индийские мастера отрезали нижнюю половину слитка, а потом разрубали его пополам, выдавая за половину целого для того, чтобы ввести в заблуждение тех, кто хотел разгадать секрет его изготовления? Но какой гипотезой может быть то, что основные герои эпоса – стальные, не говоря об остальном! 

 

Вы помните, что первое железо, с которым познакомилось человечество, было метеоритного происхождения. «Млечный путь» на осетинском языке - «Арфæны фæд» - «След Арфана». Арфан - конь Урузмага. Это он принес Урузмага (железо) с небес на землю и на небе остались его «следы». 

 

Хотите еще гипотезу? Ученые давно спорят, почему героев эпоса называют «Нартами»? Аль-Бируни – среднеазиатский ученый-энциклопедист, называет железо - «нармохан». Если бы создатели эпоса назвали их «нармоханæй», было бы все понятно, и они назвали их «Нарта». 

Нартский эпос осетин – грандиозный кроссворд, созданный гениальными людьми, и если мы вначале впишем в него неправильное слово, ничего удивительного. Дальше, в процессе поиска, когда перед нами встанет общая картина эпоса и древней металлургии, мы найдем и впишем в него правильное. Но даже если что-то перевернется с ног на голову, все равно оно будет иметь отношение к железу. 

Наши ученые говорят, что осетины младописьменный народ, и книга основывается лишь на предположениях и догадках, так как все это не зафиксировано в письменных источниках. Если бы создатели эпоса сделали ставку на письменность, уверяю вас, до нас бы ничего не дошло. Это были необыкновенные люди, обладавшие даже даром предвидения. Неужели они думают, что после нашествия Чингиз-Хана и Тимура письменный источник Нартского эпоса сохранился? Запомнить наизусть грандиозное произведение смогли, а вот осилить азбуку? 

Пророчество о том, что придет время и люди начнут летать, вы помните из первой книги, стр. 7, об остальных более обстоятельно поговорим в третьей. 

 

Наши ученые говорят, что уровень развития и степень познаний, в том числе в области металлургии, у скифов и алан им хорошо известны по многочисленным письменным источникам на греческом, латинском, арабском и других языках. 

Представляю, как скифы и аланы диктовали своим врагам секреты изготовления лучшей оружейной стали, аргументируя тем, что безграмотны! 

 

«Что исследователям Нартовского эпоса надо знать и учитывать исторические реалии того времени, когда создавался эпос, владеть основами фольклористики как науки, быть знакомым с эпосами других народов, особенно родственных». 

Я прекрасно знаком с эпосами других народов, особенно родственных, но в них нет того «железного стержня», на котором держится Нартский эпос осетин. Они не знали об этом и, перенимая сюжет, главных героев, их имена и т.д., построили свой эпос. Вложили в него свой язык, традиции, обряды, образ жизни, фольклор, мудрость и т.д. Поэтому Нартский эпос кабардинцев – принадлежит кабардинцам, черкесский – черкесам и т.д. 

Уверен, если и другие народы, у которых есть эпос, мифы, саги, руны и т.д. посмотрят на них с нетрадиционной, неординарной точки зрения, - обязательно найдут что-то новое и необыкновенное. 

В моих планах на будущее также научно-популярный фильм для Би-Би-Си. Где они найдут такой материал? Даже для того, чтобы сделать мультипликационный фильм, надо найти неординарное решение, и оно есть. Даже одно сказание «Сослан в стране мертвых» будет шедевром. 

Наконец-то наш эпос обрел смысл! Давайте прославим наших предков на весь мир. По сегодняшний день он нужен только ученым, которые превратили его в бескрайнее поле для защиты бесконечных диссертаций. Сколько можно икать черную кошку в темной комнате, заранее зная, что ее там нет. 

 

Хотите посмеяться? В книге Ж. Дюмезиля «Исследования по фольклору и мифологии востока» есть глава «Скифские «энареи» и беременность Нарта Хамыца». Энареи – женоподобные колдуны-прорицатели. Думаю, комментарии излишни. Все это печатается по всему миру!.. 

Да, мой отец не был ни историком, ни металлургом по образованию (впрочем, как и создатели эпоса), но история знает множество фактов, когда далекие от науки люди делали величайшие открытия, которые благодаря невежеству ученых признавали только после их смерти. 

Ирон адæм! Нæ фыдæлты æгъдау æмæ кадджытæ мæрдтæм цæуынц, æмæ йæ куыд не 'мбарут. 

Даже перед самой смертью отец думал о нартах и взял с меня слово, что я не оставлю, а продолжу его поиски. В этой книге уже нет ничего из его работ, не считая ключа, который благодаря Нартскому эпосу будет и дальше открывать тайны древних металлургов. 

Ирон адæм, если вы хотите, чтобы у нас был необыкновенный эпос, не молчите. 

Не молчите! Давайте вместе заставим наших ученых признать истину или опровергнуть ее. 

 

Продолжение следует. 

 

«Нæ фехъуыстон» ма зæгъ! 



<==    Комментарии (7)      Версия для печати

Ossetoans.com allingvo.ru OsGenocid OsGenocid ALANNEWS jaszokegyesulete.hu mahdug.ru iudzinad.ru

Архив публикаций
  Августа 2017
» Обращение по установке памятника Пипо Гурциеву.
  Июня 2017
» Межконфессиональный диалог в РСО-Алании состояние проблемы
  Мая 2017
» Рекомендации 2-го круглого стола на тему «Традиционные осетинские религиозные верования и убеждения: состояние, проблемы и перспективы»
» Пути формирования информационной среды в сфере осетинской традиционной религии
» Проблемы организации научной разработки отдельных насущных вопросов традиционных верований осетин
  Мая 2016
» ПРОИСХОЖДЕНИЕ РУССКОГО ГОСУДАРСТВА
» НАРОДНАЯ РЕЛИГИЯ ОСЕТИН
» ОСЕТИНЫ
  Мая 2015
» Обращение к Главе муниципального образования и руководителям фракций
» Чындзӕхсӕвы ӕгъдӕуттӕ
» Во имя мира!
» Танец... на грани кровопролития
» Почти 5000 граммов свинца на один гектар земли!!!
  Марта 2015
» Патриоту Алании
  Мая 2014
» Что мы едим, или «пищевой терроризм»
  Апреля 2014
» ЭКОЛОГИ БЬЮТ ТРЕВОГУ
  Августа 2013
» Хетӕг Ирыстонмӕ цӕмӕн лыгъд?
» Кто такие нарты?
» Ды хъæздыгдæр уыдтæ цардæй
» ДЫУУӔ ИРӔН ЙӔ ЗӔРДӔ ИУ УЫД
» ПОМНИТЕ, КАКИМ ОН ПАРНЕМ БЫЛ...
» ТАБОЛТЫ СОЛТАНБЕДЖЫ 3АРӔГ
  Июля 2013
» «ТАМ ПОЙМЕШЬ, КТО ТАКОЙ»…
» Последнее интервью Сергея Таболова
» С. П. Таболов: сын народа, ученый и педагог




Реклама:
Вот вам моя прямая ссылка на источник порно:::::Гостевой дом в кировограде на guesthouse.com.ua.